Любовь к драконам обязательна

— А как ты решила поступить с Драконом? — напоследок спросила подруга.

— Подать в отставку. Как же еще?

Другого решения я не нашла. Разве серьезный судебный заступник имеет право испортить карму влюбленностью в шефа или, того хуже, служебным романом? Однако я не подозревала, насколько сложно сбежать от дракона, решившего заточить девицу в пещере.

В понедельник я приехала в контору на час раньше. Аккуратно пристроила на край письменного стола Элроя прошение об увольнении, потом переместила в центр — тут точно заметит. До начала рабочего дня я трижды повторила отрепетированную ночью перед зеркалом речь и в половине девятого утра была во всеоружии.

Хлопнула дверь кабинета, прозвучали знакомые энергичные шаги.

— Доброе утро, господин ди Элрой, — поздоровалась я, поднимаясь из-за стола.

— Доброе, — послышалось ответное приветствие.

С трепещущим сердцем я остановилась в дверном проеме, боясь узнать, как он отреагирует на прошение об отставке. Не глядя, Таннер швырнул стопку документов, завалив сложенное письмо. Проклятье!

— Господин ди Элрой, вы не заметили… — промямлила было я, но из приемной гуськом начали входить конторские судебные заступники, и пришлось притихнуть. Народ выглядел чрезвычайно озабоченным, если не сказать суровым.

— Позже, — по-начальственному отшил меня Элрой, и я закрылась в стажерской комнате, чтобы разобрать пачку писем из доходного дома.

Теперь управляющий просил поменять входные двери в количестве семи штук. Исходя из его запроса, доходный дом походил на муравейник с множеством ходов, и каждый требовалось прикрыть. Наше противостояние приобретало эпичность. Было любопытно, какую хитроумную аферу он придумает на следующей неделе и согласится ли на грабеж новый стажер. Даже взгрустнулось, что не узнаю окончания истории.

Когда время подошло к обеду, я осторожно выглянула в кабинет. Судебные заступники все еще заседали. Пришлось тихонечко выбраться из стажерской и, стараясь не привлекать особенного внимания, попытаться прошмыгнуть в приемную. Однако не стучать каблуками по паркету было просто невозможно.

— Тереза? — остановил Элрой мой дерзкий побег в едальню.

— Полдень, — тут же отрапортовала я, намекая, что война войной, а у личных стажеров прием пищи по расписанию.

— Приятного аппетита, — спокойно пожелал Таннер и обратился к судебным заступникам: — На чем мы остановились, господа?

Сослуживцы на меня смотрели волками. В воцарившейся на несколько секунд тишине у кого-то от голода заурчал желудок.

Мадам Паприка тоже собиралась на обед и чистила перышки, причесываясь черепаховым гребнем. Обычно с главной счетоводшей они ходили в соседний ресторан, где подавали лапшу по цене отбивной.