Любовь - яд

В общем как будто она мне назло делает.

Пашка налил еще водки и задумался, а потом хлопнул друга по плечу:

— Так уложи ее в кроватку, Артур. Ты ж у нас спец по этим делам.

— Не хочет она меня, — сказал Артур и опустошил рюмку.

— Так ты поэтому бесишься? Заинтересовала неприступная мадам? Она любовница Новицкого, знаешь?

— Еще как знаю, он ей преподнес на блюдечке ""ТрастингСтрой"". Стерва.

— Она тебе нравится, — констатировал Пашка и тоже закурил.

— Я ее придушить готов своими руками, — Артур ударил кулаком по столу.

— Очень нравится, — Пашка засмеялся — ого! Ты там поосторожней, Новицкий не просто любовник ты знаешь, что он большой человек, на одну руку положит другой разотрет. Думаю это он ей все тылы прикрыл и все ее прошлое тщательно закопал под грудой зелененьких бумажек всученных чиновникам.

— К черту Новицкого, старый пень, на кой он ей сдался?

— Ну не скажи, брат. Бабки, власть, роскошь. Женщины такое ценят и просто так этим не разбрасываются. А может она его любит, хрен этих баб поймешь.

От мысли, что Инга может любить своего папика Артура покоробило, он даже руку непроизвольно сжал в кулак.

— С Яценко стребуй побыстрее, хорошо? Пусть заодно посмотрит, что там с поджогом, а то не мычат не телятся.

***

— И что кроме налогов больше ничего?

Я смотрела на собеседника и нервно помешивала ложечкой кофе. Этот тип мне не нравился. Он вел себя немного заносчиво, хоть и получил от меня кругленькую сумму. А еще, когда он бросал на меня взгляды, его небольшие глазки под толстой роговой оправой, маслянисто поблескивали. Я ненавидела этот тип мужчин: лысина, прикрытая жиденькими волосиками, пивное брюшко и дикая самоуверенность. Бывший сотрудник полиции, который вышел на пенсию и открыл частное сыскное агентство.

— Ну как вам сказать Инга… ээээ

— Просто Инга, — нет, определенно он меня раздражал. Как Иван Владимирович мог дружить с этой бестолочью, я не представляла.

— Инга, есть у него в прошлом грешки, которые тесть покрыл, но это дело поросло мхом, хотя есть там очень интересные факты.

— Что за грешки? Я бы очень хотела узнать, — почуял гад, что я злюсь и приступил к делу.

Михаил Геннадьевич хитро так улыбнулся.

— Ну, у меня информация неполная, но я бы покопался, поднял архивы, связи все же остались. Только это расходы, вы ж понимаете, никто ради меня просто так ничего искать не будет. Взятки и еще раз взятки.

Конечно, я его поняла, он хотел денег. Что ж это его работа, и я не могу его в этом упрекнуть.

— Сколько?

— Ну, как и в прошлый раз плюс надбавка десять процентов и мы в расчете, — его противное ""ну"" тоже действовало мне нервы будь здоров.

Я потянулась за чеками, а потом все же спросила:

— И что за грешки?

— Восемь лет назад Чернышев сбил человека. Сбил насмерть.