Любовь - яд

Что заключенный взял заложницу и угнал машину. Если поймают, может это спасет и Василису и Пашку.

— Ты! — Артур крикнул водителю, — Наручниками себя пристегни к рулю и ключи выбрось. Слышишь, падла, сейчас я сказал, не то пристрелю!"

"Артур направил на водилу пистолет, тот беспрекословно повиновался. Чернышев потащил Василису к машине.

— Сел за руль, придурок.

Пашка влез в кузов грузовика, Артур затолкал туда девушку, удерживая обоих под прицелом. В этот момент раздался хлопок, водила успел выстрелить из другого пистолета. Артур почувствовал, как обожгло ногу, стиснул зубы и влез в кузов.

— Пашка, гони!

Грузовик сорвался с места. Вдалеке слышались сирены полицейских машин.

— Гони, Пашка, гони быстрее.

Василиса заметила кровь на его штанах и вскрикнула.

— Пустяки!

— Артурыч, они нам в хвост дышат. Черт, до тачки еще километр.

Артур посмотрел в зеркало — полицейские мигалки виднелись вдалеке.

— Пашка сворачивай в кусты, здесь и тормози.

— Ты рехнулся? У тебя огнестрельное ранение, до тачки не дойдешь.

— Давай, Пашка, времени нет. Мы выйдем, а ты дальше едь, отвлечешь их, свернешь там направо. Прости друг, я тебя продырявлю немножко. Скажешь, что напал на тебя. Отвертишься — не мне учить. Давай. Не смотри на меня! Гони, друг! Давай же!

Пашка резко свернул на бездорожье и затормозил. Артур прицелился и выстрелил ему в руку. Пашка взвыл и выругался матом, потом рывком обнял друга:

— Удачи, Артурыч. Васька знает, где машина. Дальше все по плану. Все. Валите. Давайте.

Артур спрыгнул с подножки, снял Василису. Поморщился от боли. Лодыжку пекло, жгло, но он старался не обращать внимания на боль. Они побежали в сторону лесопосадки, а Пашка вырулил на дорогу и помчался вперед.

— Артур что с ногой? Дай посмотрю! — крикнула Василиса.

— Пустяки, говорю, давай, маленькая, быстрее. У нас полчаса максимум и это наше время. Чем дальше уйдем, тем лучше. Давай. Пока они Пашку возьмут, пока спросят. Давай, милая, быстрее.

***

Я бежала рядом с Артуром, спотыкаясь о коряги, о мерзлые комья земли, стараясь не отставать. Я слышала, как вдалеке пронеслись полицейские машины. Горло сдавило тисками ужаса, паники. Все идет не по плану: Артур импровизировал на ходу, и я понимала зачем — он оставлял мне шансы выкрутиться, если нас поймают. Я видела, как он прихрамывает, но бежит, и руку мою не выпускает. Я бросила взгляд на его ногу — по штанине расползлось темное пятно. Я понимала, что каждый шаг дается ему с трудом, и он теряет много крови, а до машины, в которой одежда и аптечка, еще как минимум минут двадцать бега.

— Артур! Твоя нога! Две минуты, только посмотрю!

— Потом. Все потом. Я пока, черт… твою мать!

Он как назло споткнулся и застонал, упав на колено.

Я обхватила его за плечи, меня трясло от напряжения и страха.