Любовь и ветер

Если бы у меня были доказательства, я бы обратилась к шерифу. Но без них я займусь этим сама. А что еще можно сделать?

— Оставь все это мне.

— Ты его вызовешь?

— Да.

— Нет.

Ее отказ разозлил его.

— Но мой вызов он примет, Джесси.

— Я сказала “нет” — значит, нет."

"— Может быть, будем считать инцидент исчерпанным? Без всякого сомнения, Бадр получил гораздо больше, чем твой отец ему задолжал. Он, я думаю, успокоится и теперь надолго исчезнет из этих мест.

— Думаю, что нет, — мрачно ответила Джесси.

— Кровью никогда не решить проблему, Джесси. Ты не разорена. Забудь об этом.

— Легко тебе говорить, Чейз Саммерз. Угрожают не твоей жизни. Мое ранчо не такое большое, чтобы скоро оправиться от потери. Томас Блэр никогда не собирался стать королем скотоводства. Он просто хотел осесть на земле, где провел молодость, и ранчо оказалось тем, что надо. Наше стадо никогда не было большим. За зиму и так многое теряем. Снежные бури пять лет назад лишили нас семидесяти процентов дохода, и Томас тогда влез в долги, чтобы восстановить стадо. Потом, не расплатившись, он вдруг вздумал строить этот огромный дом. У меня такое чувство, что мы никогда не вылезем из долгов. И я никогда не смогу смириться с этой потерей.

Речь Джесси произвела на Чейза странное впечатление. Боль девушки он чувствовал как свою собственность.

— Ты знаешь, твоя мать тебе бы с радостью помогла, Джесси.

— Об этом забудь, — отрезала она. После таких слов бесполезно было снова предлагать ей и свою помощь. Но все же — а вдруг? Почему не попытаться?

— Тогда, может, ты возьмешь у меня взаймы? В Шайенне я выиграл большую сумму, гораздо больше, чем мне надо.

Джесси отрицательно покачала головой:

— Что с тобой, Чейз? То ты хочешь вместо меня идти на поединок, то пытаешься одолжить денег. Неужели тебя мучает чувство вины передо мной? Это тебе Рэчел внушила?

Чейз удивился. Она не злилась на него, просто чувствовала себя как-то неловко. Кстати, и он тоже.

— Так в чем дело? — повторила она. Он насупился и хрипло ответил:

— Хорошо. Я просто в долгу перед тобой.

— Нет. Будь честен и согласись, что нет, — холодно сказала она, чем снова удивила его.

— Факты — упрямая вещь, Джесси. До меня ты была девственницей.

— Ах, вот оно что! — Она негодовала. — Если бы ты взял меня силой, тогда был бы виноват. Но ведь все было не так. Ты забыл, что я сама хотела? Джесси следовало прикусить язык, и она разозлилась на себя и ехидно добавила:

— Это было минутное влечение.

— Для меня тем более, — съязвил он.

— Можешь не ехидничать.

— А ты не пытайся убедить меня, что ничего не чувствуешь ко мне, — холодно парировал он — Но ты ушла от разговора. Сейчас, может, ты и правда думаешь, что все это не важно. Но в один прекрасный день ты выйдешь замуж и тебе придется объясняться с мужем.