Любовь и ветер

— Вы что, не можете принять моих извинений?

— Конечно, могу, — сказала она легким тоном, не замедляя шага. — Но вы не ответили на мой вопрос.

Джесси не ждала его ответа. Дойдя до задней двери кухни, вошла внутрь. Рэчел оставила на столе лампу со слабым огнем. Джесси подкрутила фитиль."

"Чейз пошел за ней. Она стояла возле кухонного стола и открывала банку бобов. Когда она принялась есть холодные бобы прямо из банки, он поморщился.

— Тебя не было за ужином, — сказал он. — Я думаю, еда на плите.

Она повернулась, глаза ее метали злые молнии, и он понял, что коснулся больной темы.

Тема была действительно больной. С тех пор как Рэчел и Билли появились в доме, Джесси ни разу не садилась за общий стол. При этом она ощущала себя так, будто им удалось выдворить ее из собственного дома. И не важно, что это она сама так решила.

— Правда, сегодня ужин был не слишком хорош, — добавил Чейз, выдумывая на ходу. Но, кажется, это понравилось Джесси. Она отвела от него взгляд и продолжала есть.

Вообще-то Джесси хотела сразу пойти спать. Но по какой-то неясной странной причине сон как рукой сняло и она уже не чувствовала себя смертельно усталой.

— Но вы так и не ответили на мой вопрос, мистер Саммерз, — напомнила она.

— Мне показалось, что ты не очень хочешь разговаривать, — усмехнулся Чейз, сохраняя непринужденный тон.

Джесси нахмурилась.

— Я же ответила на ваш вопрос, который вы мне тогда задали. И я сказала, почему я соврала. Но мой вопрос касается вас, мистер Саммерз, и я буду весьма признательна, если вы дадите на него ответ.

— А что был за вопрос? — завилял Чейз. Джесси стукнула банкой об стол.

— Вы что, специально провоцируете меня, Саммерз?

— У тебя всегда все так серьезно? И ты никогда не радуешься жизни?

Джесси повернулась к выходу, но Чейз взял ее за руку.

— Может, все же подождешь минутку? Она выразительно поглядела на его руку, и он отпустил.

— Ну? — потребовала она.

— Я даже не знаю, что сказать. Я знаю, что ты не захочешь, чтобы я оставался здесь, но Рэчел попросила о помощи. И я не могу ей отказать.

— Почему?

Он ответил спокойно:

— Потому что у нее никого нет, кто мог бы ей помочь. Ты, конечно, не помощник.

— А что я должна? — парировала Джесси. — Я не просила ее ехать сюда.

— Да, ты не просила. Но твой отец просил. В ее бирюзовых глазах собирался шторм. Но голос был тихим:

— А вы хотите знать, почему? Я слышала, о чем вы говорили с ней в ту ночь. И я могу вам лучше объяснить, чем она. Отец так ненавидел ее, что хотел, чтобы месть длилась и после его смерти. Он хотел, чтобы она увидела, что он сделал из меня. Он хотел, чтобы она увидела этот прекрасный дом и расстроилась из-за того, что он не принадлежит ей.

— Джесси, но она же и так богата. Ты разве не знаешь? Ее дом в Чикаго вчетверо больше этого.

— Но он-то не знал.