Любовь и гром

Так же часто можно было услышать в городе имена Фрэнка и Тома Маклори, а еще Билли Клэйборна, молодого охотника за удачей, который требовал, чтобы его теперь называли Билли-Малыш, поскольку настоящий Малыш мертв. Клэйборн уже убил троих парней, обсмеявших его за манию величия, и братья Мак-лори вместе с Айком только прошлой ночью вытащили его из тюрьмы Сан-Педро, куда он попал после третьего убийства.

Юный Билли Клентон принимал участие в деле, известном теперь как «резня в каньоне Гваделупа» и ставшем причиной смерти его отца. Эвинг уже много чего наслушался об этом преступлении Клейтонов. В июле нынешнего года банда напала на караван, перевозивший серебро, и перебила девятнадцать мексиканцев, сопровождавших груз. Через несколько недель после этого события старик Клентон был застрелен из засады, устроенной ему друзьями убитых, когда он с несколькими членами своей банды гнал через горы украденный в Мексике скот. Младший Клентон в последнем деле отца не участвовал, хотя, как говорили, занимался кражей скота с двенадцати лет.

И он, Билли Эвинг, связался с ними?! Он все еще не мог до конца в это поверить. И просто-напросто понятия не имел, как выпутаться из передряги. Он попытался было отказаться, сказать юному Клентону, что передумал. Но обвинение в трусости, а особенно то, с каким видом мальчишка Клентон положил руку на свой шестизарядный револьвер, заставили Билли отступить от принятого решения. После этого Билли попытался избегать встреч с Клейтонами, но, по идее, завтра должен был ехать вместе с ним на ранчо. Что, если он не появится? Станет ли Клентон его искать? А если он сегодня вечером просто удерет, будет ли банда его преследовать?

— Здесь тихо, как в болоте, старик. Давай двинем в «Альгамбру» или к Хачу!

Билли окинул взглядом столы и бар, где не было ни одного свободного места. В наполовину заполненном казино толклись отработавшие смену шахтеры. Тихо? Ну уж нет! Скорее всего его «дружку» хочется устроить хорошенькую потасовку в последний день пребывания в городе.

— Еще рано, до вечера далеко, — заметил Билли. — Я зашел сюда пропустить стаканчик, а потом пойду поужинаю в ресторане «Новый Орлеан». Составишь компанию?

Он предложил из вежливости и обрадовался, услышав:

— Не, жрать неохота. А ты, кажись, в выпивке не силен, а? И говоришь смешно, как хлыщ с Востока. И чего это я раньше не заметил? Откуда ты, ты сказал?

— Я вообще ничего такого не говорил, — отмахнулся Билли. — А это что, важно?

— Не-а, но… О, глянь-ка! — Клентон напрягся и машинально положил ладонь на рукоять револьвера, не отрывая глаз от высокого незнакомца, только что вошедшего в салун. — Не апач и не команч, но краснокожего я чую за милю и всегда могу отличить полукровку.