Любовь и гром

Кольт ежился в своей не очень теплой куртке.

— Дикие кони живут здесь уже несколько столетий, герцогиня. Ты считаешь, люди тут смогли бы обойтись без лошадей?

Губы Джослин тронула чуть печальная улыбка. В свое время она заявила Ванессе, что собирается именно здесь основать свой конезавод. Но тогда это было чисто импульсивное решение, принятое из-за мужчины, который сейчас как ни в чем не бывало собирался покинуть поезд. И ее. А раз уж у нее нет никакой иной причины оставаться в этом месте, может, другая часть страны больше подойдет для разведения чистокровных скакунов?

— Ты стал бы разводить здесь лошадей? — спросила она.

— А я и собираюсь. И начну с жеребенка, которого ты мне должна. Если тебя беспокоит, выживет ли он, то не волнуйся. Климат здесь идеальный — не слишком жаркое лето, не очень холодная зима.

— Я беспокоюсь о своих лошадях. Разве я не сказала, что собираюсь остаться здесь?

— Ради Бога, почему именно здесь?

Она отвернулась, не желая видеть выражение ужаса на его лице. В горле стоял ком. Ей было больно, действительно больно. Она чуть не сказала ему, чтобы он не волновался по этому поводу. Если она и останется в Вайоминге, то купит себе ферму подальше от него.

Но Кольт встал позади нее и положил руки ей на плечи.

— Забудь мои слова. Чем ты станешь теперь заниматься, касается только тебя. Моя работа завершена.

Но как, черт побери, он сможет спокойно жить, постоянно помня о ее присутствии, зная, что она где-то рядом? — спрашивал себя Кольт. Он-то ведь полагал, что она пробудет здесь какое-то время, сделает намеченные дела и уедет обратно на восток. И тогда он сможет о ней забыть. Но если она не уедет…"

"Джослин стряхнула его руки, но он успел ощутить охватившее ее напряжение.

— Не пойму, почему я все время забываю, как тебе не терпится положить конец нашему знакомству! Будь любезен, доставь меня до гостиницы — и ты свободен. Жалованье я отправлю на ранчо твоей сестры, как только прибудут деньги.

— Нет, не отправишь.

— Да, я…

— Нет… не отправишь, герцогиня.

Джослин поджала губы. Однажды он уже разговаривал с ней так надменно. Тогда она всего лишь хотела с ним поговорить. Теперь она уже не боялась этого сурового лица. И даже позволила злости подавить боль. Так, значит, ему не терпится? Значит, он хочет порвать с ней все связи немедленно? После проведенной вместе недели она было подумала, что стала понимать его немного лучше. Даже начала надеяться…

— Если ты беспокоишься, что я лично привезу деньги, то не волнуйся. Уверяю тебя, ты меня больше не увидишь. Но, безусловно, я не вожу с собой таких денег в чемодане. Если ты не можешь подождать прибытия фургонов, я телеграфирую в мой ближайший банк, и деньги переведут… Теперь-то что не так? — спросила она, увидев, что он покачал головой.