Грозовая любовь

— Ты — Эль Карнисеро? Я не верю. Он маленький, безобразный и…

— И ты его боишься?

— Конечно, нет. — Она понимала, что ее утверждение выглядит неубедительно, и добавила:

— О нем рассказывают ужасные истории.

— Возможно, — согласился спокойно Хэнк. — Многие его боятся, и я использую этот страх.

— Но ты не Эль Карнисеро?

— Нет.

— А такой человек существует? Хэнк кивнул.

— Он действует к югу отсюда, на своей территории и не знает, что я позаимствовал его имя. Мне нужна его репутация.

— Итак, ты бандит, — ее голос звенел от презрения. — Мне следовало догадаться об этом раньше, после того что ты сделал со мной.

— Любой мужчина сделал бы то же самое на моем месте, nina.

Лицо Саманты запылало. Она не хотела больше говорить об этом. Лоренсо смотрел на нее очень странно.

— Он действительно ваш главарь, Лоренсо? — спросила она.

— Si. Я выполняю его приказы.

— Вы преданы ему? — Саманта положила руку ему на плечо. — Или вы служите за деньги? Я заплачу вам много денег, если вы вызволите меня отсюда, много больше, чем вы получите за выкуп.

— Хватит, — прорычал Хэнк.

— Что случилось, Руфино? — издевательски спросила Саманта. — Боишься, что он примет мое предложение?

— Объясни ей, Лоренсо, — коротко произнес Хэнк.

— Ничем не могу помочь вам, senorita, — сказал извиняющимся голосом Лоренсо.

— Вы преданы ему всей душой?

— Si.

— Возможно, когда-нибудь вы расскажете мне, почему, — с сарказмом сказала Саманта."

"Глаза Хэнка сузились. Видно было, что он с трудом успокоил себя.

— Уведи ее прочь с моих глаз, Лоренсо. Я услышал от этой стервы больше, чем могу переварить.

— А я не могу больше находиться ни одной секунды с ним вместе, — сказала Саманта и увлекла Лоренсо к двери, ведущей во вторую комнату, г Обстановка маленькой комнаты, в которую они вошли, была более, чем скромной. Она состояла из узкой кровати у дальней стенки, старого сундука и, умывальника. Единственное окно было закрыто.

— Он спит здесь, Лоренсо? — спросила спокойно Саманта, глядя на смятую постель.

— Si, это его комната.

— Была, — поправила она, подошла к кровати и сбросила одеяло и простыни на пол. — Я не собираюсь спать на этом белье.

Лоренсо мягко спросил:

— Вы ненавидите его? Почему?

Саманта решила не говорить больше о Хэнке.

— Вы принесете мне чистые простыни?

— Si, и горячую еду.

— Еда не нужна, — отрывисто сказала она. — Я слишком взволнована, чтобы есть.

— Как хотите.

Он собрался уходить, но она схватила его за руку и сказала с отчаянием:

— Останьтесь со мной, Лоренсо.

— Здесь?

— Да, да, здесь. Я не доверяю ему.

— Но я не могу остаться в этой комнате, senorita. Его глаза скользнули по узкой кровати, и она произнесла:

— Останьтесь в соседней, только не оставляйте меня вдвоем с ним.

— Он не обидит вас.