На грани развода. Вернуть любовь

Это генетика, Ксюша, и результаты скрининга и тестов меня не удивили."

"Сажусь на диван, и телефон падает из рук на пол. Голова кружится от стресса и переживаний. Сколько еще бед падет на мою голову?

– Генетика? Ты болен? – спрашиваю, пытаясь разобраться.

Глеб подсаживается рядом, но не приближается ко мне. Просто смотрит в глаза и рассказывает.

– Нет, но я носитель. Поэтому лучше не надеяться на лучшее и сделать аборт.

– Я не понимаю, – качаю головой. – При чем тут твоя генетика, если речь идет о пороках развития? Хотя… Я ведь читала об этом! Вот где кроется причина отклонения! Это твоя вина? Почему ты мне раньше ничего не рассказал?

Лицо Глеба застывает. Он смотрит на меня удивленным взглядом, а потом резко выдыхает.

– Ксюша, что тебе сказал врач?

– Вот, почитай, - бросаю ему в грудь заключение, в котором много непонятных мне терминов.

В слова врача, пребывая в шоке, я не вслушивалась, но успокоившись забила все, что было в заключении в поисковике и нарыла кучу информации. Некоторые женщины, которые решились родить ребенка с такими отклонениями, получили здоровых детей в итоге. Да, процент маленький, но надежда умирает последней.

– Не могу поверить! – из груди мужа вырывается истерический смешок и он качает головой. – И ты реально хочешь его родить?

Я не знаю. Сама не знаю, но с каждым часом мысль о том, что справлюсь, лишь крепнет.

– Ксюша, тебе так важны дети? – неожиданно миролюбиво спрашивает Глеб. – Мы же жили душа в душу. Все началось с того момента, как ты решила забеременеть. Ты ничего мне не сказала.

А теперь он снова меня обвиняет!

– Я знала, что ты против. Но я не пропускала таблетку специально! Если ты мне не поверишь, дальше говорить не о чем!

Глеб сникает и открывает рот, чтобы что-то сказать, но замолкает. Видимо, понимает, что ему придется признать это за истину. Что я его не обманывала.

– Тогда я очень сожалею, Ксюш. Значит, твоя беременность – это роковая случайность. Ты бы никогда не узнала горя, если бы не захотела ребенка. Поэтому я и спрашиваю тебя: ты действительно так хочешь ребенка?

– Да, Глеб, – говорю громко и четко, не боясь признаться. – Ценности могут поменяться. Да, я несправедлива, ожидая, что ты примешь то, что я передумала. Ты прав. Мы жили отлично. Пока не столкнулись с трудностями. И видимо, наш брак не такой крепкий, раз мы споткнулись о первое препятствие.

– А я вижу иначе, Ксюш. Тебе просто недостаточно меня. Тебе мало нас двоих, чтобы быть счастливой.

Мне хочется сказать, что нас стало слишком много в этом клубке людей, свитых воедино и подорвавших основу нашего брака, но я сейчас снова хочу спрятаться от открытого конфликта, который истощил все мои силы. Мне дурно. Я хочу остаться одна и просто плакать целую вечность, пока не выплачу все слезы на свете. И я просто киваю.