Любовь дракона

— Сходите к Мейсонам, но избегайте Торнтонов, у них чрезвычайно скучная обстановка, — рекомендовал он в своей обычной скучающей манере, и Эмбер с благодарностью принимала его советы.

Если герцогиня ехала одна, у нее вошло в привычку уезжать с приема чуть раньше, чтобы, добравшись до дома, в бальном платье зайти в кабинет мужа, как правило, сидевшего за бумагами.

В первый раз она просто увидела свет под дверью и заглянула пожелать ему спокойной ночи. Амстел отложил бумаги и с удовольствием посмотрел на жену. В яблочно-зеленом шелковом платье, с украшениями из подаренных им хризопразов и бриллиантов она казалась очень хрупкой.

— Вы сегодня раньше обычного, — коротко заметил он."

"— Правда? — Эмбер пожала плечами, делая вид, что лишь сейчас обратила внимание на время. Почему-то девушке не хотелось признаваться, что светская жизнь порядком утомила ее, и она с удовольствием обменяла бы все свои украшения на несколько дней в охотничьем домике. — Да, действительно. Надеюсь, хозяева не в обиде!

— Полагаю, они счастливы, что вы вообще соизволили к ним заехать, — улыбнулся Амстел. — В свете, моя дорогая, вы произвели фурор! Все только и говорят что о вас.

Он внимательно следил за выражением ее лица.

— Не думаю, что они так же говорили бы обо мне, не будь я… вашей женой.

Последние слова девушка сказала чуть тише, но герцог, казалось, не заметил этого.

— Вы настолько не тщеславны?

— Мне очень приятно внимание общества, но я прекрасно понимаю, что оно приковано к герцогине Амстел, а не к Эмбер Доусон. — Она сказала это резче, чем хотелось, и, чтобы сгладить оплошность, быстро спросила: — Хотите, я распоряжусь подать чай в гостиную? Или вы…

— Я уже закончил. — Фернанд тщательно сложил бумаги и запер их в одном из ящиков секретера, стоявшего по правую руку от стола. — Пойдемте.

Это стало их традицией. В подобные моменты Эмбер любила, забравшись с ногами в кресло, просто смотреть на лицо мужа. В полутьме морщины возле его глаз сглаживались, и она видела перед собой того мужчину, которым он был много лет назад.

Обмениваясь ничего не значащими фразами, оба наслаждались покоем, который дарило им это общение. Иногда, устав за день, девушка засыпала прямо в кресле и просыпалась утром в своей постели. Но чаще разговоры заканчивались поцелуем, за ним следовал еще один, и они с мужем переходили в спальню.

Эмбер старалась сохранить в памяти каждое такое мгновение. Она была бы почти счастлива, если бы в памяти не всплывали слова мужа, произнесенные на крыльце охотничьего домика. Тогда юная герцогиня хмурилась и отворачивалась, чтобы Амстел не заметил тоску, мелькавшую в ее глазах.

Ровно через две недели после бала Эмбер сидела у себя в кабинете и разбирала приглашения, сыпавшиеся на нее, будто из рога изобилия.