Любовь дракона

Муж насмешливо посмотрел на нее.

— А ваша гувернантка была права, ваша светлость! Вам не стоит читать зарубежные романы. Я сопровождаю вас на этих сборищах, именуемых балами, постоянно вынужден слушать оперы, поскольку вы любите театр… Интересно, что я должен был делать, по вашему мнению? Петь серенады или встать на колени, признаваясь в любви? Уверяю вас, мой голос далек от даже приятного, а встать на колени мне не позволяет возраст — я ведь могу и не подняться.

Девушка недоверчиво посмотрела на мужа и заметила смешинки в его глазах.

— Вы опять смеетесь надо мной? — вздохнула она, пытаясь спрятать предательски появившуюся улыбку.

— Никак не могу отказать себе в этом удовольствии, Колючка.

— А как же пари?

— Пари?

На этот раз она решила прояснить все до конца:

— Вы сделали ставку на то, как быстро я вам надоем.

Герцог слегка нахмурился, что в сочетании со свежим шрамом придало ему злобный вид.

— Йозеф рассказал вам?

Она не стала отрицать.

— Да. И спросил, на какой срок ему следует поставить, чтобы выиграть.

— Вот паршивец! — выругался Амстел и виновато посмотрел на жену. — Я урежу ему содержание. И его братцу тоже.

— Не стоит! — запротестовала девушка, но герцог покачал головой.

— Мне давно следовало призвать их к порядку, но я все откладывал этот момент. Что привело к весьма печальным последствиям для всех.

Он чуть крепче прижал Эмбер к себе. Осмелев, она провела рукой по его шраму. Когти виверны ядовиты, и он останется навсегда. Как и другие шрамы, на его душе. Она это знала. Как знала и то, что герцог Амстел ее любит.

— Фернанд, — она слегка отстранилась от мужа, — а все-таки… Что вы написали в книге пари?

— Любопытство сгубило не одну женщину, — усмехнулся герцог и, видя, как жена недовольно хмурится, добавил: — Кажется, «пока смерть не разлучит нас». Впрочем, я могу и ошибаться…

Эпилог

Замок дракона был прекрасен. Белоснежный, словно выточенный из снега, он стоял на вершине скалы. Эмбер любила проводить осень именно там. Ее завораживали яркие краски пурпура и багрянца, перемежающиеся с темной зеленью сосен. В хрустально чистом воздухе разливался запах прелой листвы. С утра подмораживало, и опавшие листья кленов покрывались белой бахромой инея. Но солнце светило еще достаточно ярко, одаривая всех прощальным теплом.

В первый раз Фернанд привез жену сюда ранней весной, сразу после того, как доктор разрешил ей встать с постели. На самом деле, как предполагала Эмбер, герцог просто сбежал от назойливых посетителей, которые постоянно стучались в двери его столичного дома, чтобы удовлетворить свое любопытство.

— Право слово, это уже не дом, а какой-то… гм… проходной двор, — насмешливо выговаривал Амстел жене. — К тому же Хелена узурпировала власть и командует слугами.