Любовь до востребования

Волчица обошла его кругом, глухо рыча, беря на тон выше и тут же опускаясь ниже, объясняя, почему так сердита, рассказывая, как непросто ей было, негодуя и упрекая. Волк опустил голову, покорно принимая упрёки и укусы. А самка не церемонилась – хватала от души, но не трепала, а не жалея, била открытой пастью. И в какой-то момент не рассчитала – по светлой шерсти самца побежали рубиновые капли. Волчица замерла, а потом заскулила и бросилась зализывать, но волк ударил её в бок грудью, опрокинул и, наклонив огромную голову, сам принялся вылизывать ей мордочку и уши.

Старому ворону надоело наблюдать за странным поведением хищников, он озяб, проголодался, пора было наведаться в город, проинспектировать оставленный в мешках мусор. Люди такие транжиры, и в мусоре подчас можно найти целый обед. Птица взлетела, стряхнув с ветки снег, и холодная пригоршня упала на зверей, заставив их замереть. А уже через минуту пара неслась бок о бок, как самые обычные волки. Умка сдержала обещание – намылила Снегу холку, и теперь ничто не мешало ей ответить волку взаимностью…

Самка запыхалась первой или не захотела долго ждать? После небольшой пробежки вокруг выступа волчица вырвалась вперёд, прыжками взлетела на скалу и замерла на торчащем из сугроба камне, волк принялся карабкаться к ней – так легко прыгать, как это делала самочка, у него не получалось. Умка с интересом наблюдала, как Снег преодолевает крутой склон, и когда волк поравнялся с ней, хитро фыркнула и дельфинчиком слетела вниз, на бегу не больно прихватив самца за ухо. Снег, счастливый до одури, и не подумал возмущаться. Вместо того чтобы аккуратно спускаться, он плюхнулся на брюхо, вытянул вперёд передние лапы и, оттолкнувшись от скалы, заскользил вниз, будто на санках, обогнав волчицу. Он встретил её внизу, сходу подмяв под себя. А Умка, утробно рыкнув, выгнула спину и отвела хвост, приглашая и давая разрешение. И заскулила, принимая волка – от избытка чувств и ощущений. А потом коротко взрыкнула, получив чувствительный укус, и тотчас же сама впилась в услужливо подставленную волком шею. Круг замкнулся, родилась новая семья.

Максим не отдавал себе отчёта, сколько прошло дней с момента его возвращения из тайги. Метки и завершившаяся привязка не давали им оторваться друг от друга, заставляя постоянно касаться своей пары, ласкать, любить и не выпускать из виду.

Соседи-оборотни прекрасно поняли, что произошло и, радуясь за волка, к которому вернулся вкус к жизни, предусмотрительно уединение пары не нарушали. Особенно осторожничал Вэра, обходя дом Максима по большой дуге.