Эта больная любовь

 — Мне нужно разобраться с этим, и есть только один способ сделать это.

Они смотрят друг на друга, прежде чем их глаза находят мои.

— Ну тогда, думаю, мы начнем с того, чтобы одеть тебя во что-нибудь, требующее внимания.

Я закатываю глаза, когда глаза моей подруги загораются, её брови подпрыгивают, пока она смотрит на моего брата, который с опаской наблюдает за происходящим.

* * *Я сглатываю свои внутренние страхи, высоко поднимая голову, когда мы втроем входим в фойе поместья Вествудов.

Это место — это то, что можно ожидать от людей, чьи богатства переходят из поколения в поколение. Высокие потолки, мраморные полы, картины, которые стоят больше, чем большинство обычных семейных домов. Это место экстравагантно, элегантно, изысканно, и это только подтверждает, почему их семья имеет такой контроль над церковью. Их взносы поддерживают работу церкви. Конечно, они управляют процессом принятия решений.

Деньги — это власть, даже в религии.

Я расправляю ладонями низ черного приталенного платья, которое Мия убедила меня надеть, и откидываю выпрямленные черные волосы за плечи и на спину. Убедив Мию и Барета, что я более чем в порядке, я отправляюсь на поиски Сэйнта.

Необходим разговор. Взрослый разговор, чтобы решить эту ситуацию. Я просто надеюсь, что он пойдёт мне навстречу.

Сэйнт мучил меня годами со своей бандой приятелей, которые, кажется, всегда были на его стороне. Выросший в маленьком, но процветающем городке, каждый знает тебя и все дела твоей семьи. Хотя наша семья была далека от скандального типа, всегда находились люди, готовые найти секреты, чтобы раскопать их и оживить мертвые слухи для своей собственной вендетты. Сэйнт был типичным школьным хулиганом, всегда дразнил меня за то, что я была отличницей, и ненавидел тот факт, что я превосходила его по всем предметам.

Его семья возлагала на него большие надежды, которые я могла понять и соотнести, но он не мог быть на втором месте после девушки. К несчастью для него, он там и оказался. Я закончила наш класс лучше всех, и после того, как мне была оказана честь стать первой женщиной Magnus Princeps, его семья явно не захотела принимать это.

Моему отцу рассказывали, что они даже обратились к безжалостному диктатору Аластору Эбботту, недавно назначенному губернатору, человеку, который, как я слышала, регулярно танцует с дьяволом в процессе принятия решений, в надежде убедить его предложить законопроект, чтобы как-то ограничить число женщин, которые могут продвинуться в академической сфере. Всё, что угодно, чтобы нагнуть слабых и прокрутить время вспять, лишь бы позволить мужчинам победоносно царствовать.

К их ужасу, разум перевесил мускулы, и я всё ещё здесь.