Эта больная любовь

— Теперь ты знаешь, что я чувствую каждый раз, когда остаюсь без тебя, — говорю я, нежно шлепая её по щеке с каждым словом. — Я не могу. Блять. Дышать.

Она сглатывает, её глаза мечутся туда-сюда между моими, от страха у неё дрожит нижняя губа.

— Ты накажешь меня сейчас? — спрашивает она сломленным, робким тоном. — За то, что я сделала?

Я выпрямляюсь над ней, приятно удивленный её вопросом, и беру клейкую ленту с прикроватной тумбочки.

Я протягиваю руку и провожу большим пальцем по её дрожащей нижней губе.

— Нет, куколка. Я не собираюсь наказывать тебя.

Её лицо слегка хмурится, а брови сходятся в замешательстве. Я наблюдаю, как она поворачивает голову, и её встревоженные глаза находят её запястье, которое почти побагровело от того, как сильно я его зафиксировал.

Ей нужно познать боль. Её жизнь была слишком легкой, и при других обстоятельствах она бы практически рухнула. Я не могу допустить этого. Я не допущу этого. Её сила исходит от меня, подталкивающего её за грань комфорта.

— Я собираюсь вознаградить тебя, — говорю я, снова поворачивая её лицо к себе. — За то, что ты была такой хорошей девочкой, размазав мою сперму по его губам, как я тебя и просил.

Она смаргивает подступающие слезы, и я опускаю её подбородок. Оттянув полоску клейкой ленты, я натягиваю маску выше на лицо, обнажая зубы, и прикусываю край, пока не отрывается приличного размера кусочек. Она дергается, пока я заклеиваю ей рот скотчем, заглушая очередной крик.

— Не могу допустить, чтобы ты кричала на протяжении всего шоу.

Я хватаю свой телефон с прикроватной тумбочки, поправляя маску на лице.

— А теперь, что касается твоего сюрприза.

Я нахожу видео и кладу свой телефон на подставку.

Она поворачивает голову к плечу так далеко, как только может, пытаясь смотреть. Я нажимаю кнопку Воспроизвести, затем возвращаюсь к скамье у её туалетного столика, откидываясь назад на локтях. Я выставляю ботинки перед собой, устраиваясь поудобнее, и смотрю шоу с приятным удовлетворением, взволнованный её реакцией.

Её глаза расширяются, когда она видит себя на крошечном экране. Она находится в совершенно ином положении, нежели сейчас. На животе, обнаженная, с раскинутыми по кровати конечностями. Я только что снял с неё платье после того, как она потеряла сознание от снотворного. Она повернута к камере с закрытыми глазами и приоткрытыми губами, мирно спящая, как красивая куколка, какой она и является. Я вхожу в камеру, становясь на колени на кровати между её ног позади неё. Раздвигаю её бедра шире, и выпуклость её круглой попки оказывается прямо под моими большими пальцами.

Я слышу, как из ее горла вырывается тихий вскрик, пока она продолжает наблюдать, и это заставляет меня улыбнуться. Я знаю, она беспокоится о том, что ей предстоит увидеть.