Любовь без преград

Король обещал убить его, если он только приблизится к Джанет.

Юэн намеревался покорно делать свое дело, отдалиться от своего «необузданного» отца и мятежного кузена и не привлекать к себе внимания. Брюс, несомненно, узнает о том, что он сделал с Джанет. Юэн был рад, что сэр Джеймс умер и не увидит его позора.

Как мог Юэн забыть о долге, верности и дисциплине? Именно об этом он должен был думать всегда. Он хотел свалить все на эль, однако знал, что дело вовсе не в спиртном. Он испугался навсегда потерять Джанет и действовал, не подумав о последствиях. Он позволил чувству завладеть разумом. Проклятье, ведь он никогда не был таким чувствительным! Этого не должно было случиться с ним.

Он поступил не лучше, чем его отец! Всю свою жизнь Юэн старался никогда не поступать так, как Дикий Финли, и вот теперь в одно мгновение разрушил все.

Клан Ламонтов перестанет существовать в Ковале. Боже, что он натворил!

Джанет не поняла, что случилось. Все еще расслабленная, она, казалось, парила в облаках, и ее удивила внезапная перемена в настроении Юэна, ведь она думала, что он испытывает то же самое.

Она даже нисколько не обеспокоилась, когда он не ответил на ее шутку. Вероятно, он был ошеломлен, как и она.

Только когда он сел на краю тюфяка (предоставив ей возможность любоваться его широкой мускулистой спиной), натянул свои штаны и обхватил голову рукам, она осознала, что случилось нечто нехорошее.

Только теперь Джанет поняла, что Юэн не просто так пробормотал ругательство, которого она никогда прежде от него не слышала.

Джанет постаралась не принимать близко к сердцу его поведение. Что, если она неправильно представляла то, что должно последовать за их близостью? Не важно, что он обнимал ее, гладил ее волосы и говорил, как чудесно все было и как сильно он любил ее. А на самом деле чувствовал совсем другое.

Ее сердце сжалось до боли. Джанет была не восемнадцатилетней девственницей, а зрелой женщиной. Она не нуждалась в утешениях, хотя было бы неплохо услышать их. Джанет сдержала подступившие к глазам слезы.

Она попыталась думать трезво, оставив в стороне глупое девичье разочарование, наполнявшее ее грудь. Его реакция была понятна. Она знала Юэна и не сомневалась, что, лишив ее девственности, он воспринял это, как нарушение принципов морали и чести.

Джанет считала это нелепостью, а он относился к этому серьезно.

Усевшись позади Юэна, она положила руку ему на плечо. Его мышцы напряглись под ее ладонью. Она не позволит боли омрачить ее счастье.

– Пожалуйста, не расстраивайся. На самом деле нет оснований беспокоиться. Мы не сделали ничего плохого. – Джанет улыбнулась. – Ничего, что нельзя будет исправить. Как только мы прибудем на место, я пойду к Роберту и все объясню ему – ну, может быть, не все.