Любовь без башни

— Я же сказала — кофе в постель!

Василиса вскочила, отобрала чашку из рук подруги и буркнула:

— Больше чтобы мне никакого кофе! И вообще! Если уж ты так хочешь меня порадовать, так я больше люблю постель из лепестков роз!

— Тебе выгуливать Малыша, а я… я к Белкину, — вздохнула Люся. — Я, конечно, за мужчинами сама не бегаю, но тут…

— Сбегай, на этот раз ничего, — кивнула ей Василиса. — А еще лучше расспроси соседей — что за фрукт этот твой Белкин. А то ведь тоже про него ничего не знаешь!

— Я хоть знаю, где он живет, — напомнила Люся и вышла за дверь.

Люся искала дом Белкина совсем недолго. Они однажды проходили мимо — шли из кинотеатра, и Егор Игоревич в этом дворе повел себя немного странно — вжал голову в плечи и увеличил скорость. Люся тогда его еще спросила — чего это он. А Белкин пояснил, что это его дом, маменька каждую минуту смотрит в окошко и очень ругается, если видит его, Егорушку, с незнакомой дамой. Люся тогда подивилась, но ничего не сказала, а вот теперь была очень рада — не пришлось полдня мотаться по городу, выискивая нужный адрес. Правда, Люся не знала номер квартиры Егора, об этом она старательно умолчала перед Василисой, но это были уже мелочи — для чего на скамеечках сидят старушки, если не для того, чтобы давать точные сведения?!

— Скажите, — обратилась Люся к бабушке, которая сидела в песочнице, а маленький внук пытался бабушку закопать с головой. — Скажите, в какой квартире проживает Егор Игоревич Белкин?

И она мило улыбнулась.

— А вам зачем? — не ответила на улыбку старушка.

— Мне очень нужно, он у меня бумажник оставил, — ляпнула первое, что пришло в голову, Люся.

— И когда ж такое было? — насторожилась старушка. — Это вчерась, что ль? Когда он дома не ночевал?

Люся вытаращила глаза, а потом осторожно, будто на бочку с порохом, присела на краешек песочницы. Активный ребенок, завидев новый объект, начал засыпать песочком и ее тоже.

— Погодите-ка… — постаралась как можно спокойнее спросить Люся. — А чего это, Егор вчера дома не ночевал?

— А он разве не у тебя был? — ехидно прищурилась бабушка.

— Да ну что вы! — не на шутку разобиделась Люся. — Я понимаю — днем! Но чтобы ночью! У меня! Мужчина! Да за кого вы меня принимаете?! … А сейчас он дома?

— А сейчас его нет, — качнула головой старушка. — Прибежал утречком раным-рано, какой-то весь взбалмошный, взъерошенный, со стола два куска хлеба схватил, колбасу на них бросил, проглотил, да и бежать на работу-то… А ты бумажник-то отдавай.

Люся посмотрела на старушку — от такой просто так не уйдешь, хоть свой бумажник, а отдать придется.

— А почему это я вам отдавать должна? — прищурилась она.