Муж в наказание-2. Свобода любой ценой

— Ты обещаешь? — скулю я от немощности.

— Обещаю, ангел мой, — с нежностью он произносит. Я роняю судорожный всхлип и с силой прижимаю рацию к груди, к щемящему сердцу, словно таким образом он сможет почувствовать мои объятия. Я уже и забыла, когда Эмир называл меня не по имени, и от того только больнее становится. — Больше всего на свете я сейчас хочу обнять тебя и посмотреть в твои глаза, наполненные жизненным блеском. Я ждал этого момента четыре с лишним месяца. Оттягивать его я больше не намерен, — последние его слова сходят на шепот.

— Хорошо, я буду ждать тебя! Только, пожалуйста, сдержи своё обещание! — хнычу я, стирая с лица неуемный поток своих слез, появившихся от недостатка веры в лучшее.

Я бы хотела верить Эмиру. Целиком и полностью. Но интуиция мешает мне. Появился барьер, который он не может преодолеть. Я чувствую это, но почему-то Эмир не желает говорить мне о нём.

— До скорой встречи! — вопреки тому, что Эмир всячески старается скрыть нотки горести и тоски за спокойствием и твёрдостью, я всё равно улавливаю их, отчего внутренности мои сжимаются в комок. — Передай, пожалуйста, рацию Шахзоду.

Шаху приходится буквально выдёргивать рацию из моей сжатой ладони, поскольку она приклеилась к ней. Я не желаю прерывать наш разговор, но тут силы неравны.

— Я слушаю! — говорит Шах.

— Переговорим наедине?

Шах переглядывается со мной. Я отчётливо вижу, как жилка, находящая у него на лбу, начинает пульсировать. Сам он каменеет, в глазах его мелькает испуг. От дурного предчувствия кожа моя покрывается толстенным слоем колючего инея.

Всё-таки я оказалась права. У Эмира имеются секреты от меня.

Шах беззвучно произносит мне: стой здесь и никуда не уходи. Пригвоздив меня взглядом к месту, он быстро отдаляется, доходит до самого конца палубы. Оглянувшись на меня, он сворачивает за угол.

Если он всерьёз думает, что я послушаюсь его, то чёрта с два он угадал.

Я тут же срываюсь с места. Ближе к концу палубы замедляю шаг, и уже на цыпочках подхожу к углу. Я прижимаюсь спиной к стене, стараясь при этом не дышать, и прислушиваюсь к их разговору.

— Я один. Можешь говорить.

— У меня возникла кое-какая проблема. Если коротко, то за мной увязался ""хвост"". Я попробую сбить его с курса. Уведу в другую часть моря.

— Сколько топлива осталось? — спокойно спрашивает Шах.

— Примерно треть бака, — с таким же спокойствием отвечает Эмир.

— В вертушке должен быть запасной топливный бак.

Пауза. Продолжительное время только шипение помех слышится с того конца. Я обхватываю себя руками, стараясь унять внутреннюю дрожь.

— Я все запасы перебросил к вам... на случай, если вам придётся маневрировать.

Ещё одна пауза, от которой волосы на голове начинают шевелиться.