Любой каприз за ваше сердце

 — Александр кивнул, на секунду в его глазах промелькнуло странное выражение, а затем… Затем его левая рука метнулась к моему лицу и коснулась мокрой дорожки от слезинки. Я вздрогнула от неожиданности. Не обратив на это никакого внимания, большим пальцем он медленно убирал с лица последствия моего эмоционального взрыва, сантиметр за сантиметром разнося тепло по моему телу.

— Очень трогательно! — пронзительный голос тамады, донесшийся из динамиков, заставил меня непроизвольно отпрянуть. — Я сам чуть не прослезился! Настоящие чувства у влюбленной пары всегда видно! Так давайте же выпьем за то, чтобы огонь этой любви…

Александр бережно потянул меня в сторону нашего столика. И сейчас в его глазах появилось что-то незнакомое. Не зная его раньше, я бы решила, что он смотрит с… теплотой? Неужели его могли так растрогать женские слезы?

Кого и зачем я обманываю? Это же просто игра во влюбленного мужа на публику. Вот и все объяснение. А мне бы стоило следовать его примеру.

Мы вернулись к столу и оказались втянуты во всю эту обыкновенную свадебную суматоху, состоящую из бесконечных тостов и конкурсов. И если со стороны гостя все смотрелось весело и непринужденно, то изнутри все оказалось совсем не так.

— Хорошо держишься. — Александр зашептал мне на ухо, после конкурса с переодеванием на скорость совершенно незнакомых изрядно выпивших людей в младенцев. И это было первое слово одобрения, услышанное от «супруга» за все эти дни.

— Спасибо, — я улыбнулась в ответ и принялась заботливо поправлять покосившийся галстук-бабочку.

— Мне не было известно о планах матери на сегодня. — Алекс наклонился ко мне ближе. — Этот вечер я оплачу в двойном объеме. Не волнуйся.

Это прозвучало крайне… вызывающе и грязно. Я ощутила себя кем-то вроде «ночной бабочки». Очень дорогостоящей, но это не меняло дел.

— Все в порядке, — мне страшно хотелось отказаться от доплаты, но, чтобы не выглядеть глупо, пришлось замять в себе эту мысль. — Это моя работа.

Я покончила с галстуком, развернулась лицом к гостям и… чуть не завалилась лицом в блюдо с тарталетками. Прямо к нашему столу шла слишком хорошо знакомая мне девушка, которая яркостью своего образа сегодня вполне могла затмить любую из звезд. И на этой девушке, сжимавшей руку опять же хорошо знакомого мне парня, красовалось хорошо знакомое мне по десятку фото синее платье. То самое платье с «колючими дебильными пайетками», которое я должна была помочь ей выбрать вчера вечером.

— Вечер добрый! — Ритка, сверлившая взглядом уже знакомого ей Александра, подтолкнула вперед Рому, на лице которого красовалась весьма вымученная улыбка. — Мы немного задержались! Извиняемся!

Я вжалась в стул, судорожно соображая, что делать, как быть и куда бежать.