Любой каприз за ваше сердце

Кристина плохо себя чувствует…

— Понимаю! — мужчина поднял свой бокал и немного раскачал содержимое. — Поэтому предлагаю выпить на прощание. За твоего будущего сына, Саш.

Какого сына?! Несуществующего?! Супруг на мгновение замешкался, но затем поднял бокал и кивнул.

— За сына!

Мне хотелось протестующе завопить о своей небеременности, но теперь уже Александр предостерегающе сжимал мое запястье. Похоже, что с этой минуты мой статус «жены» повысился до «беременной супруги». Планируется ли по такому случаю повышение зарплаты?

Все происходящее напоминало какую-то абсурдную мелодраму, где мне по какой-то причине выделили одну из главных ролей. И теперь, похоже, так просто мне от общества моего супруга не избавиться…

Александр галантно взял меня под руку и не менее галантно повел к выходу под аккомпанемент «Шарманки» Баскова. И было совершенно невозможно понять по этому непроницаемому выражению лица, что творилось в голове у этого человека.

Но стоило только нам подойти к дверям, как лицо Александра преобразилось. И это выражение было мне уже знакомо. Именно оно появилось при первом взгляде на измененную меня. Но вот что же это было? Восхищение?

И, конечно же, перед нами появилась Дарья, налетевшая на Александра как фурия.

— Не смей! Слышишь! Не смей… — ее глаза сузились, ноздри раздувались. Женщина была в бешенстве.

— Я тоже рад тебя видеть, Даш, — мой супруг повысил голос, заставляя Дашу замолчать. — Извини, но мы торопимся.

Александр потянул меня вперед, оставляя остолбеневшую от такой невозмутимой реакции Дарью удивленно хлопать густо накрашенными ресницами. Удивлена, если не сказать шокирована, была и я. Личность моего начальника пугала все больше и больше. Что такого он натворил в прошлом? И что за игру он затеял сейчас? Но спрашивать обо всем казалось не самой лучшей идеей. По сути своей кто я такая? Наемная работница, которая должна выполнять то, что скажут. Все интриги не должны были меня касаться.

— Вы действовали несогласовано со мной, — ледяной голос супруга нарушил тягостное молчание, стоило только дверям лифта закрыться. — Да, и на будущее. Я не приемлю алкоголя или же сигарет.

Это что сейчас было? Обвинение за бокал шампанского? И опять это «выканье».

— Алекс, — кажется так мне было приказано его называть. — Кажется, ты пару минут назад с удовольствием выпил сорокаградусного коньяка за здоровье своего несогласованного будущего сына. И это не я поддержала домыслы твоей давней знакомой, между прочим. Что теперь делать с беременностью?

— Ничего. Теперь ты официально моя беременная жена. И впредь следи за своим языком, — его слова были как пощечины. — Твои слова не должны восприниматься двояко. Ясно?

Обалдеть. Я виновата в том, что сказала два простых слова.