Любой каприз за ваше сердце

А Миша с несвойственной ему резвостью одной рукой схватил ошарашенного Александра за пиджак, а второй рукой попытался нанести удар. Но прежде чем я успела что-то сделать, мой несостоявшийся убийца сделал одно неуловимое движение и… И вот Миша уже развернут к нему спиной, а его правая рука заломлена назад и вывернута в неестественном положении.

— Что вы себе позволяете? — Александр и вида не подал, что произошло что-то из ряда вон выходящее. Будто на него каждый день нападали с кулаками.

— Извините! — я кинулась к вырывающемуся из захвата Мише. — Извините, пожалуйста!..

— Слушай сюда, м…, — бывший жених заговорил сквозь зубы стоило только мне его освободить. — Если еще раз я тебя, м…, увижу рядом с Кристиной…

— Прошу не выражаться в присутствии дамы. — Александр повысил голос, брезгливо вытирая руку об салфетку. — Равно как и употреблять крепкие спиртные напитки при даме крайне неуместно."

"Нужно срочно бежать отсюда. Подальше от этого позора. Черт. Неужели все это происходит на самом деле? Неужели со мной?

— Александр, — я стыдливо тянула Мишу прочь с места происшествия. — Извините! Он не в себе!

— Чег-го? Ты мне еще и указ-зы давать будешь? — Миша попытался вернуться ко входу в бизнес-центр.

— Прекрати! Идем отсюда! — мне стоило огромных усилий тащить за собой это невменяемое тело.

— Берегите себя, Кристина! — до моих ушей долетело напутствие Александра.

Так стыдно мне не было никогда. И это дурацкое ощущение глодало изнутри, заставляло бежать все дальше и при этом тянуть за собой клянущего всех на свете Мишу. Разговаривать с ним сейчас не было никакого смысла. Да и желания тоже не было. Всепоглощающее чувство моей больной любви сейчас оказалось забито раздражением и отвращением.

Так больше не может продолжаться. Это последняя капля. Раньше даже мысль о расставании приносила дикую боль, заставлявшую забыть о предательстве, закрыть глаза на проблемы, поверить в то, что человек может измениться. Но что я чувствовала сейчас при мысли о расставании? Облегчение. Болезненное облегчение.

8

Влажные пальцы, сжимавшие в руках смартфон, побелели от напряжения. 7:51, оповестили меня часы на ожившем экране. Итак, у меня осталось девять минут на размышления о дальнейших действиях. Хотя, на самом деле, особого выбора не было.

Моя пятая точка неудобно разместилась на так и не распакованном чемодане, примостившимся в душном и дурно пахнущем подъезде дома, где проживал мой второй биологический родитель. Словом «отец» или «папа» этого человека я не называла с того самого момента, как оборвалась мамина жизнь. И можно было бы назвать тысячи причин, по которым мой язык отказывался произносить это важное слово, но ворошить прошлое желание не было.