Люблю тебя врагам назло

Это произошло так быстро, что я едва успела среагировать.

— Яр, я не могу, — смущенно прошептала я, пока его руки хозяйничали на моей груди, ласково сжимая ее.

— Чего? — не открывая глаз, переспросил он.

— Не могу, я еще готова, — выдохнула я, хотя, кажется, мое тело во всю транслировало обратное.

— Не понял, — Яр нехотя разомкнул веки и недоуменно посмотрел на меня.

Воспользовавшись паузой, я попыталась застегнуть одной рукой лифчик, но предатель не поддавался.

— Я сейчас не могу трезво соображать и не уверена, что поступаю правильно, — пояснила я.

— Ясно, — он нахмурился, провел рукой по волосам и отстранился от меня. — Ладно.

— Ты не обижаешься? — спросила я, наконец совладав с непокорным бюстгалтером.

— Нет, но я не уверен, что мое здоровье выдержит такие сильные перепады… Как бы это лучше выразиться… Напряжения, — усмехнулся Яр. — И сколько?

— Что сколько? — не поняла я.

— Сколько времени ты встречаешься с парнем прежде, чем спишь с ним?

Его вопрос поставил меня в тупик, и я растерянно заморгала.

— Ну вообще-то до тебя я встречалась только с Артемом. Мы начали отношения, когда мне было тринадцать, и… — я замялась, — в общем-то мы с ним не спали.

Ярослав уронил челюсть и недоверчиво покосился на меня.

— Вы встречались четыре года и ни разу не трахнулись?

— Ну, мы были детьми…

— Охренеть, Малыгина, — он озадаченно покачал головой. — Значит, ты…

— Да-да, — закивала я, почему-то ощущая себя не в своей тарелке.

— Круто. Нет, это правда круто, — он поднял на меня глаза, и по его тону я поняла, что он говорит серьезно.

Яр вновь притянул меня к себе и ласково поцеловал в макушку.

— Ты настоящее сокровище. Ты знаешь об этом? — прошептал он мне в ухо.

Я замурлыкала и ничего не ответила. Было приятно, что он оценил мое целомудрие. Хотя, признаться честно, теперь я понимала, что целомудрие тут было ни при чем. Если бы я испытывала к Артему хотя бы половину той страсти, которую ощущала к Ярославу, то уже давно не была бы девственницей.

— У меня есть идея, — парень сел на кровати. — Давай в честь такой прекрасной новости заточим лучшие в мире оливки?

— Если ты откроешь их при мне, то тебе достанется очень и очень мало, — предупредила я.

— Это мы еще посмотрим, — улыбнулся он и достал из-под кровати подаренную мной банку.

Затем с легкостью открыл ее, и от предстоящего гастрономического удовольствия у меня выделилась слюна. Ярослав достал из ящика стола две вилки, одну из которых протянул мне.

— Ну что, ты готов испытать неземное наслаждение? — хихикнула я.

— Надеюсь, эти оливки хотя бы наполовину такие же вкусные, как ты, — с улыбкой ответил он.

Мы по очереди съели по одной оливке, и я вопросительно уставилась на Ярослава, ожидая его реакции.