Люблю тебя врагам назло

""Гори все синем пламенем! Будь, что будет! Но я не могу без него!"" — пронеслось в моей голове.

Но потом я встретилась взглядом с его родными изумрудными глазами и поняла, что люблю его гораздо сильнее, чем себя. Ценю его свободу больше собственного счастья. Верю, что у него все получится, даже если меня не будет рядом.

И я продолжила играть свою роль, несмотря на то, что тысячи маленьких ядерных бомб уничтожали меня изнутри.

На последующих экзаменах он больше не подходил ко мне. Просто стоял и смотрел. И те моменты, когда я чувствовала на себе его взгляд, были лучшими за весь месяц моей лишенной радости жизни.

А потом на выпускном Ярослав подсел ко мне и спросил, люблю ли я его. Зеленые глаза горели болью и отчаянием, и я хотела закричать: ""Да! Да! Да! Я люблю тебя! До изнеможения! До одури люблю!""

Но вместо этого лишь попросила его забыть меня.

То была не я, а новая Алиса, которая училась жить и играть по правилам сурового мира. Старая Алиса рвалась на волю, визжала и молила о свободе. А новая не давала ей права голоса и только глубже заталкивала в темницу.

Но неожиданно, когда я приехала домой после выпускного, прежняя Алиса взбунтовалась.

Меня остро пронзило осознание того, что я не могу уехать сегодня из страны просто так, не попрощавшись с ним. Мне нужно было посмотреть в его глаза еще один раз, сказать ему хоть пару слов, коснуться его руки.

Я написала самое лживое письмо в своей жизни, переоделась и, как раньше, сбежала из дома. Я поехала к Ярославу и минут сорок сидела напротив детского дома, не решаясь набрать его номер.

Но наша встреча сложилась сама собой. Оказывается, он еще не спал, а только возвращался к себе после торжества.

Яр был пьян. Он заметил меня и замер, не отрывая взгляда. А мое сердце, истекавшее кровью, билось сильно как никогда."

"Я поступила эгоистично, плохо и жестоко. Не смогла дожать начатую линию поведения до конца. Не выдержала. Сломалась. Сорвалась.

Я жадно ощупывала руками тело Ярослава, до крови кусала его губы, с силой притягивала его к себе. Я нуждалась в том, чтобы он был ближе, еще ближе. Сдирала с него рубашку, брюки, трусы, как обезумевшая. Торопилась, задыхалась, стонала.

К счастью, он не задавал вопросов, не упрекал, не осуждал. Ярослав просто любил меня так, как умеет лишь он один. Пылко, страстно, чувственно.

А потом я легла ему на грудь и сделала вид, что засыпаю. Едва он засопел, я осторожно выскользнула из его объятий, и несколько минут просто любовалась спящим, стараясь сохранить в памяти любимые черты. Лицо Ярослава было безмятежным и спокойным. Именно таким я хотела бы запомнить его.

Как можно попрощаться с тем, без кого не можешь жить? Я не прощалась. Просто сунула ему под подушку свою ядовитую записку и покинула комнату. Хотела, чтобы он возненавидел меня.