Люблю тебя врагам назло

— Мама, помоги выбрать платье! Толя подъедет через пятнадцать минут, а я еще волосы не уложила! — Белла была в панике.

Она быстро помогла старшей дочери с выбором, успокоила ее и подобрала туфли к платью. От мамы толку было однозначно больше, чем от меня. Она разбиралась в моде, ""мониторила"" последние тренды и говорила с моими сестрами на одном языке.

— Спасибо, мамочка! — звонко чмокнув маму в щеку, Белла упорхнула на свидание со своим престарелым Анатолием.

— Как первый день учебы, Лисенок? — ласково спросила родительница, поглаживая меня по спине.

— Отлично, к нам в класс пришел новый мальчик. Он из детдома. Говорят, для таких ребят это отличная возможность. Они ведь там…

— Из детдома? — перебила меня мама.

— Ага, — кивнула я.

— И какой он из себя? — с подозрением поинтересовалась она.

— Хороший. Приятный.

Я соврала. Ни хорошим, ни приятным мой новый одноклассник не был. Когда первого сентября Ксения Степановна сказала, что с нами будет учиться мальчик из детского дома, я обрадовалась.

С волонтерами мы не раз ездили в сиротские учреждения. Ребята там всегда были такими тихими, забитыми и скованными, что от одного упоминания о детдоме мое сердце наполнялось жалостью. И хотя дети, которых мы навещали, были гораздо младше, после слов Ксении Степановны я решила, что этот новенький Ярослав наверняка такой же. Я пообещала себе, что буду поддерживать его, а если все пойдет гладко, постараюсь стать его другом.

Однако Калашников оказался полной противоположностью тому образу, который я нарисовала у себя в голове. Высокий, накаченный, со стрижкой под ""ежик"" и крупными чертами лица — он походил на настоящего головореза. Я физически ощущала опасность, исходящую от него."

"А когда я декламировала стихотворение на литературе, он смотрел на меня нагло, дерзко и в упор. Под его стальным взглядом, в котором читалась едва уловимая злоба, мне хотелось съежиться до нано размеров.

Но маме об этом было знать необязательно. Она и так у меня слишком эмоциональная. К тому же часто первое впечатление о человеке может быть обманчивым, поэтому я не спешила с навешиванием ярлыков и выводами.

— А почему этого мальчика посадили именно в ваш класс? — обеспокоенно продолжала мама.

— Не знаю. Да я и какая разница? Я считаю, что такие ребята не должны быть изолированными. Им следует учиться в обычной школе, общаться с семейными детьми, ходить к ним гости, чтобы получать представление о нормальной жизни за пределами…

— Что ты несешь, Алиса? — опять перебила меня родительница. — Какие гости? Все эти дети — будущие преступники. Раз приведешь такого в дом, потом столового серебра или ювелирных украшений не досчитаешься!

Я пыталась вразумить маму. Говорила, что нельзя всех детдомовских под одну гребенку.