Люблю тебя (СИ)

Не дожидаясь, когда редактор отойдёт от шока, возвращаюсь к своему рабочему месту, открываю ворд и начинаю писать статью, отключив все чувства и эмоции. Уже через десять минут ко мне сначала прибегает главный редактор, потом по очереди все его заместители, а следом и рядовые корреспонденты. Мне приходится отвлекаться на то, чтобы пересказать им все вкратце. Из всего моего рассказа, конечно же, больше шокирует то, что я состояла и состою в отношениях с главным нападающим сборной России.

Лёша, мой коллега, который пишет про футбол, радушно предлагает свою помощь в написании статьи. Я не отказываюсь. Одна я буду писать до ночи. Ведь написать статью в газету — это же не только напечатать в ворде текст, это ещё и огромное количество технической работы: написать всем официальные запросы, взять комментарии у экспертов и так далее. Как только Лёша отправляет запрос на комментарий в пресс-службу клуба, сразу же звонит их пресс-секретарь и в панике просит не писать статью. Даже предлагает редакции деньги.

В девять вечера мне звонит Никита.

— Алло, — поднимаю трубку. Прижимаю ее к уху и продолжаю печатать.

— А ты где? Я приехал домой, тебя нет.

— Я еще на работе.

— Ты не говорила, что сегодня у тебя какие-то соревнования.

— Нет соревнований. Я пишу статью про нападение на меня. Дима звонил, сказал, всех задержали.

— Мне тоже звонил. Я как раз хотел предложить тебе отметить. Расследование завершено. Всех поймали и накажут.

Я замираю с пальцами над клавиатурой. Возникает логичный вопрос: что дальше? Я жила у Никиты, ходила с телохранителем и ездила с водителем, пока моя жизнь находилась в опасности. Теперь мне ничего не угрожает. Ночью выйдет статья, делу будет придана огласка, и больше никто не рискнёт меня трогать.

В каком статусе наши с Никитой отношения?

— Да, давай отметим, — соглашаюсь. — Но только дома, хорошо? Не в ресторане. И я не знаю, когда освобожусь.

— Да, конечно. Напиши мне, как только сдашь редактору текст. Я сразу приеду за тобой. А пока приготовлю ужин.

— Хорошо.

Сбрасываю звонок быстрее, чем Никита успевает сказать мне «Пока». Я сдаю статью в одиннадцать часов, когда в редакции не остается почти никого из коллег. Начальник читает ее очень долго, задает много вопросов. После него статью лично вычитывает главный редактор и тоже засыпает меня вопросами. Все это время машина Никиты стоит возле дверей редакции и ждёт меня.

Я выхожу в двенадцать ночи. Падаю без сил на переднее сиденье и закрываю глаза. Ник тянется ко мне через коробку передач и целует в губы. Впервые с того дня, как рассказал мне всю правду.

— Я не верю, что все это правда, — тихо говорю.

— Правда.

— Всех накажут?

— Дима сказал, что да.

— Даже следователя-взяточника?

— Даже его.

Слезы стягивают горло колючей проволокой.