Люблю тебя (СИ)

Свиридов не пожадничал. Купил брату Димы шикарные апартаменты с несколькими спальнями, двумя санузлами и террасой в центре аргентинской столицы.

У меня внутри аж замирает все от осознания, что скоро раскроется правда, мы найдём виновных. Никита прилетает в Москву и остается здесь до Чемпионата мира. Начинаются тренировки со сборной. Юрист, нанятый Свиридовым, летит с Антоном в Аргентину для подписания всех документов по квартире. Брат Димы порывается остаться в Буэнос-Айресе, но Никита идёт на жесткий принцип: оставшаяся часть сделки после того, как назовёт имена.

В конце мая мы снова едем в гости к Соне и Диме. У Антона уже открыт счет в аргентинском банке, на который Никита переведёт миллион долларов сразу, как только тот озвучит интересующую нас информацию. Дима — как свидетель того, что сделка совершена. Мы приезжаем раньше Антона. Соня заметно нервничает, Дима тоже. Соболеву до сих пор не нравятся договоренности Никиты и Антона. Он считает, что брат слишком высокую цену запросил. Положа руку на сердце, я тоже так считаю. Но раз это единственный способ узнать правду и раз для Никиты это не сильно большие затраты, то ладно. От Свиридова я, кстати, ни разу не слышала критики в адрес аппетитов Антона.

Брат Димы приезжает через час после нас, когда я начинаю беспокоиться, что он решил слиться. Я впервые вижу Антона. С братом они совершенно не похожи. Дима высокий худощавый брюнет, а Антон невысокий коренастый блондин. Помимо этого Дима хорошо одет и выглядит порядочно, интеллигентно, а Антон в спортивках с полосками по бокам. А еще у него на лбу написано, что он бандюган. Только золотого зуба нет. Не знаю, как он собрался начинать новую жизнь без криминала, если весь его вид кричит о том, что он неотъемлемая часть этого мира.

— Здорова всем, — зайдя на кухню, Антон приветствует нас и обводит взглядом. Останавливается глазами на Соне.

Подруга съеживается, а я вспоминаю, как тогда по телефону Антон ругался с Димой из-за того, что тот «связался с дочкой судьи Рузманова». Я, кстати, после не уточняла у Сони, откуда Антон знает ее папу. Неужели отец подруги выносил ему приговор?

— Это моя будущая жена Софья, — Дима произносит с вызовом и бескомпромиссным тоном. — У нас есть сын, ему семь лет.

— Семь? — переспрашивает, выгнув бровь.

— Да, семь. Что-то не так, Антон?

Хмыкает.

— Нет, блядь, всё так!

— Ну и прекрасно, раз всё так. Приступим к делу?

Да, мне тоже не терпится поскорее к делу, из-за которого мы все собрались. Наблюдать разборки братьев совсем не хочется. Пускай выясняют отношения, когда мы уедем с именами исполнителей и их главного.

— Квартира куплена и оформлена на тебя. Но ключи пока у меня, — Никита достаёт их из кармана и кладёт на стол.