Больше не люблю тебя, жена

Даже фруктов не хочу. Ну… наверное, от мандаринов не отказалась бы.

Мама долго молчит, а я, стоя вполоборота, смотрю то на подругу, то из окна во двор. Там, внизу, радостно подпрыгивает Матвей, а следом за ним идёт старший брат с какими-то пакетами. Хорошая семья, добрая. Мне нравится, когда все члены семьи понимают друг друга.

— Когда мы сможем поговорить, Сашенька? Ну не могу я просто сидеть и ждать, когда ты решишь поделиться со мной своими проблемами. Я же мать! Хочу быть рядом! Поддержать!

— Вот и поддержи меня, просто сказав, что при любых обстоятельствах будешь рядом. Этого достаточно, поверь. И… рано или поздно ты все узнаешь, мам. Давай сейчас ты не будешь ковыряться в моих ранах, пожалуйста? Мне и так больно.

Я прямо чувствую, что мама тяжело сглатывает. Перед внутренним взором даже встает картинка, как она вытирает катящиеся по щекам слезы.

— Папе сама скажешь? — наконец говорит она.

— Да, когда время будет, приеду к вам.

— Хорошо, родная. Береги себя, ладно? Целую тебя и обнимаю крепко. И запомни: что бы не произошло в твоей жизни, я всегда буду рядом.

— Спасибо, мам. Я тоже очень тебя люблю.

Закончив разговор, кладу телефон на подоконник и прижимаю руку к груди, чувствуя, как бешено бьется сердце.

— Чай остыл.

— Я не хочу.

— А чего ты хочешь, Саш? Ты скажи, я сбегаю в магазин.

— Мандаринов хочу. Давай пойдем вместе. Адвокат по-любому так быстро не приедет. Может, подышу свежим воздухом, и мозги в порядок придут. А то там полный раздрай.

— Ну пойдем, — поднимается подруга.

Я так устала, словами не передать. Но и сидеть в четырех стенах желания нет. Ужасно хочу спать, но знаю, что уснуть тоже не смогу. Да и рано ещё.

Собрав все еще влажные волосы в пучок, достаю кроссовки. Мы выходим из дома. На магазин и обратно уходит около получаса.

— Этот седан… Оль, присмотрись внимательно? Мне кажется, внутри кто-то есть, — шепчу подруге. — Только оборачивайся не слишком резко, а то догадаются.

— Угу, — бормочет Оля. — Сейчас.

Она достает из пакетика зелёное яблоко, откусывает и оглядывается, останавливая взгляд на той самой машине, о которой я говорила. Жуя, что-то бормочет с полным ртом, но я никак не могу разобрать — что.

— Ты бы его помыла, — киваю на яблоко.

— Угум, во рту отмоется, — шутит подруга, бросая на меня насмешливый взгляд. — Слушай, а в вашей старой хрущовке много таких богатых живет, интересно? Вон, в двадцати метрах даже джип затихарился. Интересный расклад, однако.

И правда. Эту машину я тоже не замечала, хотя обычно обращала внимание на транспорт перед домом, когда утром выезжала.

— Ну, я как бы тоже не нищая, но живу же тут, — пожимаю плечами.

— У тебя обстоятельства, — не ведется на такое пояснение Олька.