Любят только раз

— Тогда почему вы отказываетесь взять в жены мою племянницу?

— Смотри мне в глаза, когда будешь отвечать, Монтьет, — сказал, будто выплюнул, Энтони. — Я видел след твоего поцелуя.

— В чем дело, Тони? — недоуменно спросил Эдвард.

— Не волнуйся, Эдди. Это касается только нас с виконтом. Отвечай, Монтьет.

Николас побагровел от гнева. Он понял, что его загнали в угол. Неужели он был так неосторожен? А если так, то какого дьявола она рассказала обо всем своему бешеному дядюшке? Черт, может, она дала Энтони понять, что их встреча была не столь невинной? Теперь понятно, почему младший Мэлори хочет с ним разделаться.

— С вашей племянницей ничего не случилось, милорды, — произнес Николас, гневно сверкнув янтарными глазами. — И вы знаете это лучше меня.

— Да, она, без сомнения, все еще одна из самых завидных невест в Лондоне. Но мы не можем это так оставить. — Эдвард тяжело вздохнул. — Джейсону, ее законному опекуну, это бы не понравилось.

— Джейсон разорвет виконта в клочья, если к его приезду Регина не будет помолвлена, — холодно заметил Энтони. — Прекрати уговоры, Эдди, и предоставь его мне. Когда в дело ввяжется Джейсон, от него мокрого места не останется.

Николас сел в кресло и обхватил руками голову, не вмешиваясь в спор братьев. Он любил и уважал Джейсона Мэлори, отца Дерека, часто охотился с ним в его поместье, и порой они засиживались допоздна за бокалом хорошего вина, наслаждаясь приятной беседой. Николас восхищался тем, как Джейсон ведет дела, управляет поместьем и обращается со своими людьми. Он не хотел бы рассердить его, заслужить его немилость. Но он не может жениться на девушке и не может объяснить им, почему.

Никогда еще тайна рождения не причиняла ему такой боли. Он был внебрачным ребенком. На женщину, которая станет его женой, ляжет клеймо позора, а сам он превратится в изгоя. Не потому ли он испытывает симпатию к Дереку Мэлори, товарищу по несчастью?

Его размышления прервал Эдвард:

— Вряд ли вас интересует финансовое положение Регины. Ваш отец удачно вкладывал средства, да и вы» Николас, тоже преуспели в делах, поэтому вас можно считать богатым молодым джентльменом. Упомяну только, что у нее очень значительное состояние. Но… вот это, возможно, вас заинтересует.

Эдвард вынул из кармана сюртука и протянул Николасу какие-то бумаги. Письма. Его письма к графу Пенвичу!

— Как, черт подери, вам удалось их получить? — воскликнул Николас.

— Они у меня недавно, если это имеет для вас значение. Граф, как правило, не занимается тем, что не сулит ему прямой выгоды. В данном случае земли, на которые вы претендуете, его не интересуют.

— А почему вы?

— Эти земли находятся в моем ведении, я управляю ими по доверенности. Край не бог весть какой богатый, хотя жители исправно платят ренту.