Любят только раз

Реджи повернулась к леди Уотерли, сидевшей рядом с ней на диване:

— Что неизбежно?

— Что вы увидите бывших женщин вашего мужа.

— Если вы имеете в виду леди Селену…

— Не только ее, дорогая. Это и герцогиня, и Ритчи, весьма дерзкая особа, и миссис Хенслоу, хотя Анна Хенслоу была лишь его мимолетным увлечением.

Реджи поочередно взглянула на каждую из дам, которых назвала эта сплетница. Особое внимание привлекла Каролина Саймондс, герцогиня Уиндфилд, стройная красивая блондинка, немного старше Реджи. Герцогиня сидела рядом с пожилым господином. Должно быть, это и есть герцог Уиндфилд. Наверное, молодая женщина очень несчастна с таким стариком.

Памела Ритчи, Анна Хенслоу, Каролина Саймондс, Селена Эддингтон — четыре экс-любовницы Николаса в одной комнате с его женой! Нет слов! И она должна вести с ними светские беседы, притворяясь радушной хозяйкой?

В дверях появился Николас. Реджи хотела выразить ему свое неудовольствие, но вовремя сдержалась. Леди Селена уже поднялась навстречу и взяла его под руку.

— Вас это нисколько не огорчает, дорогая? Реджи обернулась, но вместо леди Уотерли оказалась лицом к лицу с Анной Хенслоу. Теперь ее станут утешать бывшие пассии мужа?

— А почему это должно меня огорчать? — холодно возразила она.

Миссис Хенслоу улыбнулась:

— Конечно, у вас нет повода для огорчения. Эта дама не смогла его удержать в свое время, и теперь он принадлежит вам. Так что огорчаться следует ей.

— А вам?

— О, вижу, дорогая, эта старая сплетница уже нашептала вам про меня какие-то гадости.

Реджи вдруг поняла, что не может сердиться на эту женщину. Анна Хенслоу смотрела на нее с таким искренним сочувствием, она не может быть плохим человеком. И ее связь с Николасом закончилась до того, как Реджи с ним познакомилась.

— Ах, не обращайте на нее внимания, — улыбнулась Реджи.

— Я не стану. Надеюсь, и вы тоже. Не беспокойтесь, дорогая, Николас не пойдет по второму кругу.

— Неплохо сказано, — засмеялась Реджи.

— Это истинная правда. Многие из них пытались его вернуть, но все их усилия оказались тщетными.

— Вы тоже пытались? — напрямик спросила Реджи.

— О, Господи, нет. Я знала, что он не для меня, и благодарна ему за ту единственную ночь, которую мы провели вместе. Это случилось после смерти моего мужа, я тогда чуть с ума не сошла от горя, и Николас дал мне понять, что жизнь для меня не кончилась.

Реджи молча кивнула, и Анна Хенслоу пожала ее руку:

— Не придавайте этому значения, дорогая. Николас теперь принадлежит вам.

Но он не принадлежит ей и ни разу не принадлежал с той летней ночи."

"Поблагодарив миссис Хенслоу, Реджи оглянулась, ища глазами Николаса. Но его не было. Ни в столовой, ни в музыкальной комнате. Оставалась оранжерея, и Реджи направилась туда.