Он тебя не любит(?)

Желание Ямпольского самому купить конфеты жене и дочке его охрана сочла блажью, но поскольку босса это волновало мало, пришлось очистить помещение от покупателей и выставить всех на улицу. Теперь чем быстрее разродится Арсен, там быстрее люди вернутся в магазин. Арс взял пакет с червячками, а для Эвы купил миндаль в шоколаде и марципаны.

В машине достал мармеладного червячка, положил в рот. Как это можно вообще есть? Гадость какая… Но мужественно дожевал до конца, как знать, вдруг его решат угостить, придется есть при любом раскладе.

Он не удивился, что мелкая обрадовалась, но неожиданно потрясла реакция Эвы. Та заморгала длинными ресницами, взяла коробку с конфетами и внезапно поцеловала Арсена, на носочках подтянулась, чтобы достать, слишком он высокий для нее. Знал бы, присел, чтобы ей удобнее было, а так попала куда-то возле уха, до сих пор там кожа горит, как химический ожог.

Арсен откинулся на спинку кресла и потянулся, тут приоткрылась дверь, и в проем осторожно заглянула Мария. Ямпольский вовремя вспомнил, что сам приглашал ребенка, поэтому постарался чтобы его голос звучал как можно более приветливее.

— Проходи, чего мнешься? — он махнул девочке рукой, и та уже смелее протиснулась целиком.

— Можно я посижу?

— Можно, только давай скажем маме, что ты здесь, — Арсен набрал Эву. — Она у меня. Не надо, пусть сидит, если хочет. Ты же не будешь мне мешать? — посмотрел как можно строже, мелочь замотала головой. — Она не помешает. Садись вот сюда в кресло, Маша.

Осмотрелся, подошел к книжному шкафу и достал большой иллюстрированный оружейный атлас.

— Держи. Больше ничего с картинками нет, а без картинок, я так понимаю, ты пока не умеешь? — девочка кивнула и взобралась на кресло, Арсен помог ей усесться поудобнее и устроить атлас на коленях. — Все. Замри. А я поработаю.

Некоторое время со стороны кресла доносилось лишь громкое сопение, а потом его несмело позвали:

— Эй… Э-эй!..

Ямпольский повернулся, уперся локтями в колени и сочувственно спросил:

— Неудобное у меня имя, да, Машка?

Машка шмыгнула носом и кивнула, а Арсен продолжил:

— Слушай, я тут подумал, пока ты не научишься выговаривать это «р»… Есть очень удобное слово, и там нет никаких сложных звуков. Что если тебе говорить мне «папа», ты как на это смотришь?

Он не сразу сообразил, что не дышит, потому что девочка тоже затаила дыхание, лишь таращилась на него удивленно, распахнув светлые глазищи. Ничего общего с Эвой, как не ее ребенок…

— А можно? Честно?

— Так я же сам предложил.

— Мама сказала, нельзя!

— Я поговорю с мамой, она разрешит. Но ты смотри сама, если тебе больше нравится, можешь назвать меня «медвед».

***Он не сразу заметил, что сопение стало тише. Обернулся — девочка спала, неудобно извернувшись в кресле, атлас сполз набок.