Он тебя не любит(?)

Вместо колючей, ершистой девчонки Макар видел красивую девушку с мягким, задумчивым взглядом. Она все меньше пряталась за темными омутами, ее глаза светились счастьем, когда она смотрела на свой подпрыгивающий живот. Не говоря уже о том, каким привлекательным стало ее тело, и хоть эти мысли казались Макару чуть ли не кощунственными, он ничего не мог поделать со своим воображением, в котором гладил рукой все эти мягкие линии и плавные изгибы."

"Ему очень хотелось опуститься рядом возле кресла, в котором она сидела, обнять ее, как раньше, прижавшись щекой к этой удивительной конструкции — части Эвы, в которой жила ее девочка. Но Макар знал, что она не позволит, треклятое кольцо делало его бесконечно далеким от Эвы, и в последнее время Мак все больше задумывался о том, что когда вернется Алена, им следует серьезно поговорить. Потому что как раньше уже точно ничего быть не может.

***Эва ощутила тянущую боль и сделала глубокий вдох. Наверное, это все-таки схватки. Вообще-то рожать она должна была еще две недели назад, тот доктор так и сказал ей, ждем вас через несколько дней, а тут целых две недели прошло.

Макар развил бурную деятельность, договорился в платном роддоме о родах, почему она назвала ему срок тридцать шесть недель, а не сорок, Эва объяснить не могла. Но она так и не собралась с духом, чтобы признаться ему, что тот женатый мужчина, от которого она беременная, как раз и есть сам Макар. Может, потому что тот так недвусмысленно высказался в адрес отца ее ребенка, что теперь это было просто неудобно.

Мак сказал, что в понедельник они поедут в роддом на осмотр, и Эва решила, пусть они там уже сами все увидят. И обменную карту, и все результаты УЗИ, пусть потом Макар кричит и ругается, ну не убьет же он ее. Зато сразу появится масса вопросов и проблем, а ей так не хотелось нарушать тот уклад, который установился между ними в эти две недели!

Мак старался накормить ее витаминами, заставлял много гулять, причем самой гулять не разрешал. Они шли по лесу и иногда забывались, Макар брал ее за руку и вел, а ей было так хорошо идти с ним, что возражать вообще не хотелось. Он следил, чтобы она ужинала, иногда они ужинали вместе, а потом Макар уезжал, и ей делалось без него совсем грустно.

Эве очень хотелось, чтобы он остался, но они оба понимали, что переходить черту нельзя. Мак женат, и если он останется в доме, то тогда Эве следует съехать, потому он каждый раз садился в свой Феррари и уезжал обратно в город.

На днях Макар заставил ее съездить в детский супермаркет, они выбрали коляску, кроватку, целый ворох детской одежды и всяких нужных приспособлений для младенцев. Эва настолько заигралась в семью, что опомнилась только в машине.