Любить нельзя. Расстаться

– Никто, – буркнул Лёва. – Я и так вижу.

Смягчившись, Никита потрепал его макушку и присел перед ним.

– Ты вырастишь сильным, смелым и очень храбрым. Мы все в тебя верим. Но одной твоей уверенности, что ты сможешь сдать экзамен через два года, мало. – Он сделал вид, что задумался, приложил палец к губам, ловя сомнение и надежду во взгляде напротив. – Сделаем так: после экзамена Алины ты покажешь мне всё, чему уже научился. И я решу: нужны ли усиленные тренировки, или пока будешь продолжать обучение по программе. Договорились?

– Обещаешь? – Лёва склонил голову набок. – Обещаешь, что скажешь честно?

– Обещаю, – серьёзно ответил Никита. – Только у меня есть одно условие: сначала ты расскажешь обо всём маме.

– А может ты сам с ней поговоришь? Просто… если она разозлится…

– Не разозлится. – Никита поднялся. – Нет, это должен сказать ты. Если боишься такой мелочи, как сможешь быть уверен, что сдашь?

Лёва задумался, потом кивнул и первый взял его за руку. Алина подхватила другую, улыбнулась в ответ на удивлённый взгляд отца. У них этот маленький ритуал быстро вошёл в привычку, Никита же до сих пор не переставал удивляться доверчивому теплу, которым дети так щедро делились с ним. Последние полторы недели, прошедшие после отставки, они проводили вместе всё свободное время. Тренировались, валялись в траве, слушая рассказы Никиты о нелепых, смешных случаях в армии, или отправлялись гулять в парк. Никита узнавал их заново, испытывая непрерывное желание извиняться за то, что так долго не был рядом.

Алине, конечно, повезло больше – он застал и её первые шаги, и первые слова. Читал ей на ночь книжки и укладывал спать, когда Света пропадала на ночных сменах. С Лёвой всё было иначе. Никита наблюдал за его взрослением, словно просматривал нарезку кадров из фильма. Вот он уже сидит, а вот – ходит, а когда пополз Никита так и не застал. Уже не вспомнить. Вот он плачет, когда видит его пальто, пугается и вцепляется в ногу Светы. А вот уже забирается на колени и сосредоточенно сопит, пальчиками гладит щёки… Иногда казалось, что между ними никогда не будет связи, той безусловной, что возникла между ним и Алиной с первого взгляда. Никита искренне пытался, не получалось. И то, что сейчас Лёва сам потянулся к нему, начиная доверять и узнавать, наполняло счастьем, так необходимым сейчас.

Со Светой они не пересекались. Провожая детей до дома, Никита осторожно расспрашивал их, где мама и, только убедившись, что её нет, доводил до дверей. Если она была дома, всегда останавливался у поворота. Сегодня увлёкся, забыл, и, как итог – столкнулся на пороге.

– Никита."

"Она отступила, пропуская детей. Едва удержалась, чтобы не положить ладони на горло – так быстро подскочило вверх сердце при встрече.