Каждый любит как умеет

– Отчим-то ничего?

Лена подтвердила, что отчиму нее вполне ничего. Она и сама не ожидала от «папы Юры» такого шага. Ей казалось, что после стольких лет отчуждения все отношения прерваны навсегда. Особенно после того, как он узнал, в чем обвиняют падчерицу… Но может быть, на платном адвокате для дочери настояла мать. Лена этого не знала."

"Она больше не знала ничего. День не отличался от ночи. Она узнавала о смене времени суток только по распорядку жизни в камере. Где в ее истории виновные, где невинные – этого она тоже не знала. Если следователь скажет, что виновата она – может, она и вправду будет виновата? Если адвокат скажет, чтобы она отрицала свою причастность к убийству – она будет отрицать. Если скажет, чтобы признала свою вину – она признает.

Галина смотрела на нее с состраданием. Сказала, чтобы Лена не называла ее на «вы» – что за глупости. Велела не отчаиваться. С хорошим адвокатом всегда можно выкрутиться. И если найдут убийцу, так Лене вообще не о чем волноваться. Отсидит свое – за пистолет и выйдет. Если лагерь попадется нормальный, то и там можно устроиться прилично. Особенно, когда родные не забывают, приезжают, возят хорошие передачки. Посоветовала, что лучше всего передавать на зону: «Скажи матери, чтоб чепуху тебе не возила». Лимоны, чеснок, теплое белье (мужское, с начесом), шерстяные носки, сигареты, чай, витамины, обязательно деньги – -но это надо суметь передать. Поделилась своими впечатлениями от поездки в лагеря к мужу. Рассказала, что за некоторую мзду можно даже добиться нескольких дней свидания в отдельной комнатке, почти по-семейному.

– С кем мне встречаться, Галя? – перебила ее Лена. – Мужа-то нет.

– Ну, так сына тебе привезут, – хладнокровно заметила та.

– Сына? В лагерь?! – Лена легла и отвернулась. Накрыла лицо полотенцем, хотя до отбоя было еще далеко. На сердце снова лег тяжелый камень. В эти десять дней она думала о сыне больше, что за все прошедшие годы. Он узнает правду о том, кем приходились друг другу его родители. Он узнает, что его мать сидит в тюрьме – чуть ли не за убийство его отца. Он не захочет ее видеть, когда она вернется. Он возненавидит ее. И может, даже самого себя. Что это такое – возненавидеть себя – Лена уже знала. Она давно успела это сделать.

Привезли ужин – овсяную кашу на воде и хлеб. Галя жадно съела свою порцию (она всегда была голодна) и поставила миску перед Леной:

– Не доводи себя до могилы, поешь. Гадость, но не отравишься.

– Нет, не буду. Я так полежу.

Галя со вздохом доела ее порцию. Эта женщина как-то держалась. Она на что-то надеялась, она к чему-то приспосабливалась. Лена завидовала ей. Если суметь взглянуть па ситуацию так, как Галя, – можно выжить. Можно продержаться и год, и два, и сколько будет нужно. Но она так не могла.