Любить буду жестко (СИ)

— О том, что же произошло в лесу. Расскажешь?

— Хорошим девочкам после таких историй кошмары сниться будут, — Данте ушел от ответа, как и я, мы друг друга стоили, он недовольно поморщился и спросил, — хочешь искупаться? Вода должна быть теплой. Я попрошу, чтобы тебе принесли купальник из номера.

— Нет, я хочу, чтобы ты перестал вести себя со мной, как будто мы пара, — отвернулась от него, снова посмотрела на озеро, — я твоя подстилка, а не девушка. Можешь не быть со мной милым.

Потому что это разбивает мне сердце. Потому что я снова влюбляюсь в тебя. Потому что я не переживу, когда ты снова вываляешь меня в грязи и бросишь подыхать.

Этого я не сказала, только подумала. Ни по каким глыбам мы не доберемся друг до друга, потому что Данте это не нужно. Ему всегда было нужно лишь мое тело, только его он и получит.

— Твое дело, подстилка, — произнес Данте ледяным тоном, — ты права, так будет проще. Возвращайся в номер, раздевайся и становись раком. Ебать буду жестко.

Глава 24"

"Сделала все в точности, как приказал Данте. Вернулась в номер, разделась, приняла душ и легла на кровать, разглядывая себя в зеркало на потолке. Тело покрывали синяки и ссадины, безжалостный дневной свет не скрывал ни одной. Увлеклась, изучая следы, оставшиеся на моем теле, как карту.

Самая большая гематома находилась на правом бедре, и я даже не помнила, как ее получила. Упала, пока бежала? Напоролась на корягу? Локти и коленки были содраны, как у ребенка. Левая щиколотка чуть припухла. Подвернула?

«Раком» встать будет сложно. Все тело ломило и болело. Но если это пожелание Данте, то пусть. Моральных мук и сомнений у меня не осталось. Я больше не девственница, я нарушила обещание и теперь все это стало неважным.

Украшения Багировой так и сверкали, разбросанные на кровати вокруг меня. Колье горело на шее, душило вычурной роскошью. Оно принадлежало красивейшей женщине Империи, и на мне выглядело нелепо, чтобы ни говорил Данте.

Когда в коридоре раздались тяжелые шаги, я приподнялась на локтях. Данте вошел в номер хмурый и злой. Атмосфера в комнате моментально поменялась, словно посреди номера вот-вот разразится гроза и раздадутся раскаты грома. Словно мы сами вот-вот станем молниями.

Воздух вдруг стал острым и заколол кожу.

Я медленно перевернулась на живот и встала на четвереньки, спиной к Данте, лицом к изголовью кровати.

В такой позе не видела его и это к лучшему, отстраненность постепенно сменялась стыдом и горечью, вцепилась ногтями в одеяло, когда Данте холодно приказал:

— Расставь ноги шире.

Закусила губы и подчинилась. На пляже он тоже взял меня сзади, как шлюху. Зажмурилась, чтобы сдержать готовившиеся пролиться слезы, ведь я и есть шлюха. Нормальная девушка не стала бы нарушать обещание и вышла замуж девственницей.