Мой любимый Метаморф

 — Я теперь принадлежу тебе!

Что???

Я замерла, вообще не понимая, что происходит. В каком смысле «хозяйка»? Это что — ловушка какая-то? Но… в ментальном поле соврать невозможно! Талиэн сейчас показывает именно то, о чем думает на самом деле!

— Подожди, — пробормотала я, — я не твоя хозяйка!

Он поднял на меня свое слегка изможденное лицо и с усилившимся напряжением посмотрел прямо в глаза.

— Ты… привязала меня к себе, сломав привязку к прошлому хозяину, — проговорил Талиэн. — Я теперь… твой раб."

"Я была слишком шокирована, чтобы ответить, поэтому какое-то время изумленно переваривала его слова. Я ничего не ломала! По крайней мере, намеренно! Но… возможно, мое вмешательство в его ментальное поле все-таки возымело какой-то эффект…

Однако, выходит, Антонио Лиеззо отныне им не управляет?

Эта мысль показалась мне фантастической. На моем лице, наверное, вспыхнула слишком непонятная радость, отчего Талиэн немного смутился. Все-таки мы были зажаты, несмотря на глубокое ментальное соединение, и процентов на пятьдесят не могли «считывать» то, что на самом деле творилось внутри другого.

— Что ты прикажешь мне делать? — пробормотал Талиэн, а я вдруг вспомнила, что он меня в реальном мире очень бесцеремонно схватил.

— В первую очередь, отпусти… — ответила я, но в этот момент произошло нечто очень странное.

Я ощутила острую боль в шее и замерла. Талиэн тоже дернулся и почти перестал дышать. Я ощутила мгновенно разливающееся по мышцам ощущение онемения и с ужасом поняла: с моим телом что-то не так. Талиэн что-то со мной сделал??? Но нет… Он и сам почти сложился пополам!

Талиэн упал на пол и едва заметно застонал. После этого на меня нахлынула темнота…

***Маруффа Эйгэ

Голоса… Тихие, ненавязчивые — они, тем не менее, вбивались в мозг, как тонкие болезненные удары, и я мгновенно сообразила: такое состояние приходит тогда, когда цвинна приложило слишком сильной ментальной волной. Внутренний человек или аура становятся сверхчувствительны, и каждый звук, резкий свет и даже сильный запах могут некоторое время причинять боль.

В голове был кавардак, боль мешала соображать, но я все же смогла вспомнить последние события.

Поцелуи с Максом, мои мысли о прощании и… нападение доктора Питта! Точнее, существа, выдававшего себя за него!

На нас напал цвинн? По чьему приказу???

И тут перед глазами всплыло лицо Макса, искаженное жуткой болью, и мое сердце совершило настоящий кульбит в груди. Меня затопил страх о нем, руки тоже непроизвольно дрогнули, а я вдруг осознала, что… не могу ими пошевелить.