Любимчик Эпохи

— Уж-жасно, — резюмировал Илюша, — ты с-стиральный п-порошок туда п-положила?

Фаина по-детски надула губы, в голубых щелочках собралась соленая вода.

— Я фтаралась, первый раз готовила.

Илюшу это тронуло. В молодой жабке была какая-то прелесть. Он положил ладонь ей на руку и улыбнулся.

— Ну ладно, м-маленькая… п-потренируешься, науч-чишься…

— Я каждый день для тебя буду тренироваться, — засветилась Фаина.

Она снова попыталась прильнуть к Илюше, но в прихожей резко хлопнула дверь, и раздался раскатистый мат Фаины Ивановны. Она костерила помощников, судя по шуршанию пакетов, вносивших плоды шопинга в дом. Фаина-младшая заметалась. Мать из коридора сразу ринулась в кухню, словно была осведомлена о незваном госте. Илюша большими глотками допивал горячей кофе, понимая, что сейчас будет с визгом изгнан.

— Опаньки, какая встреча! — Фаина Ивановна воплотилась в дверном проеме, расставив ноги и уперев руки в необъятные бока. — Я что, заказывала мозаику в кухне? С каких это пор челядь обедает за моим столом?

— Мам, — суетилась дочь, — ну не кипишись. Ну че такого?

— Это ты приперла сюда этого бомжа? — орала хозяйка дома.

Илюша тем временем встал и, боком просочившись через Фаину Ивановну, направился в холл.

— Ма, он не бомж, — прошептала Фаина на ухо матери, — у него куртка «Херно».

— Да ладно, — оторопела старшая жаба.

Илюша снял с золотой вешалки пуховик и, с трудом попадая в рукава, спотыкаясь о груду пакетов, попытался вырваться из дома. Фаина Ивановна преградила ему путь.

— Где шопишься, бомжара? — спросила она ментовским тоном.

— Ч-что?

— Где одежду покупаешь?

— В п-переходе метро. — Илюша тщетно искал на ощупь ручку двери.

— А «Херно» откуда? — напирала она.

— «Эрно», — поправил Илюша.

— Откуда, спрашиваю!

— Л-ленка из Италии п-привезла. С п-подиумных показов в‐всегда мне ч-чо-нибудь т-тащит.

Сам того не подозревая, Илюша произнес заклинание, которое в одну секунду превратило разъяренную жабу в добрую тетку с широкой душой.

— Ну ладно, — щерясь ослепительными имплантами, заключила она, — иди работай… Илья."

"Вторым эпизодом, вознесшим Илюшу на пьедестал в глазах Фаины Ивановны, стал приезд в Тольятти артиста Саши Баринова, чье лицо мелькало в каждой второй картине российского кинематографа. Саша представлял новую ленту «Прости, друг» и разъезжал с презентациями по всей стране. После выступления в главном кинотеатре Сашу знакомили с местной элитой и предлагали отобедать в кругу значимых для данного города людей. Это являлось обязательной частью программы. В Тольятти спонсором кинопроката было сообщество, которое возглавляла Фаина Ивановна. Поэтому кроме официального банкета Сашу ждал вечер в узком кругу.