Любимая игрушка Зверя

- Никита, пожалуйста, - говорю с нажимом.

- Что он тебе наболтал?

- Всякую чушь, - вздыхаю. – Но думаю, придется нанять адвоката. На всякий случай, просто подстраховаться. Михаил выдавал очень странные и страшные вещи. Показал поддельные справки, мол я состою на учете в наркологическом диспансере, обещал позвать друзей, которые подтвердят, будто я принимаю запрещенные вещества, готова любые мерзости творить за дозу нужного препарата. - Адвокат нам не нужен, - отрезает Никита.

- Возможно, - соглашаюсь. – Ведь эти его угрозы слишком бредовые, чтобы в них поверили. Да и фальшивые справки он не станет использовать. Просто опять разных гадостей наговорил, но…

- А вот ему точно требуется врач, - заключает холодно.

- Ник, ты же не…

- Я люблю помогать людям, - улыбается так, что мне моментально становится жутко, мороз под кожей разливается, жилы леденит, сковывает зимней стужей. – Побуду его врачом. Психиатром. Мозги ему на место вправлю.

Мягко отстраняет меня и направляется к выходу.

- Никита, - бросаюсь за ним следом. – Прошу, не нужно.

Только Зверя уже не остановить. Хлопает входная дверь. Гнаться следом бесполезно. Так и застываю в коридоре, не догадываясь, что делать дальше. Закусываю губу от волнения.

+++

Когда раздается звонок мобильного телефона, я вздрагиваю всем телом, буквально подскакиваю на месте. Сразу же принимаю вызов.

- Ник, - выдаю сдавленно. – Ник, где ты?

- Внизу, - отвечает насмешливо. – Выходи.

В принципе прошло не так много времени. Пара часов, не больше. Дети уже спят, а я как на иголках, глаз сомкнуть не могу, только и накручиваю себя. Умом понимаю, что Никита не причинит Михаилу серьезного вреда, однако успокоить нервы не удается. Морально готовлю себя к худшему.

И вот все тайное становится явным. Точнее – станет. Прямо сейчас.

Я выскакиваю на улицу, даже не набросила куртку. В домашней одежде: простые спортивные штаны, футболка. Больше ничего.

Замечаю знакомый автомобиль. Зверь часто машины меняет, будто следы путает. Но это авто врезается в память особенно четко, именно на нем он меня в нашу первую ночь забирал, когда от Гурама спасал.

Подхожу, открываю дверцу, забираюсь внутрь.

- Раздетая, - неодобрительно констатирует Ник.

- Что случилось? – игнорирую его замечание. – Где ты был?

- Проводил терапию, - хмыкает, продолжает изучать меня горящим взглядом. – А твой муженек не так плох. Понятливый парень. Когда надо, тему сечет. Мозги варят.

В полутьме автомобильного салона глаза мужчины кажутся практически черными. Не различаю в них ни единого намека на цвет надежды. Вижу лишь беспроглядный мрак.

Дрожь охватывает пальцы. Бесконтрольная, рефлекторная, не поддающаяся здравому смыслу и логике. Ледяная лихорадочная дрожь.

Боже мой. Господи.