Любимая игрушка Зверя

– Думаю, ты не забыл и не простил. Да, у меня все произошло менее эффектно, но все равно произошло. И раз мы оба сумели поступить так, то с нашими отношения точно проблема.

- О чем вы говорите? – кривится Димка. – Что за хрень?

- Не выражайся, - роняю я.

- За базаром следи, сын.

- Ну блин, а как еще это назвать? – мотает головой. – Общаетесь как на иностранном языке. Чувства мои бережете или что? Не пойму.

- Это не слишком приятно обсуждать, - говорю я.

- Да, не лучшая тема, - поддерживает муж.

- Тогда почему бы вам не поговорить вдвоем? – возмущается сын. – И вообще, почему бы вам не помириться? Ну типа хоть на время сойтись. Разбежались, потом сошлись. Такое часто в семьях бывает.

Дима уходит, оставляя нас наедине на кухне. Как бы журит родителей и намекает им на необходимость все обсудить и прийти к единственно верному решению: простить друг друга.

- Ир, - говорит муж. – Мне ночевать негде. В салоне спал все это время. На кушетке. Там не очень удобно. Ну для процедур покатит. Но жить так точно нельзя.

- Я уже поняла, что собрался тут ночевать, - киваю. – Это даже хорошо. Утром заодно чемоданы заберешь. Я собрала.

- Какие чемоданы? – недоумевает.

- С твоими вещами.

- Ирка, кончай, - отмахивается. – Опять за старое?

- Вопрос решен, - отрезаю.

- Но дети…

- Хватит уже детьми прикрываться, - сжимаю кулаки, чтобы пощечин ему не надавать, держу себя под контролем. – Когда на сторону шел, явно про них не вспоминал. Черт, если бы еще и правда на сторону ходил. Ты по соседям отправился. По близким людям. Теперь прощение хочешь? Второй шанс? Миш, я не то, что на нашей кровати спать не ложусь, я вообще в ту спальню стараюсь не заходить.

- Понимаю, - склоняет голову. – Нужно время."

"- Никакое время тут не поможет, - усмехаюсь. – Точнее я так долго не проживу. Ни один человек не проживет. Миш, я смотрю на тебя и опять все это вижу. Отчетливо. Знаю, вы давно вместе, давно за моей спиной… развлекались. Но тут и не только в тебе проблема. Моя вина тоже есть. Не отрицаю. Я тоже пошла на измену. И это значит только одно, нет никакого смысла агонию растягивать. Сразу надо рубить. Раз и все. - Ира, я тебя люблю, - за руку меня берет. – Только тебя одну. Больше никого. Никогда. Ты моя единственная женщина. А остальное… ну, это и правда просто развлекуха.

- Миша, ты серьезно не понимаешь? Честно? Совсем не доходит?

- Это все он? – угрожающе сводит брови. – Он тебя против меня настроил? Сказал, что я трус, слабак, что ничего вам за всю жизнь не дал. Скажи, ты с ним… потому что он меня тогда вырубил? Опустил при всех. Унизил. Женщину мою забрал. И ты пошла.

- Господи, какой бред, - вырываю свою руку из его руки. – Прекрати, пожалуйста.