Любимая игрушка Зверя

Даже взглядом трудно выхватить и уловить. Он одним рывком сокращает расстояние до минимума, а дальше крупные ладони накрывают мои колени, не разрешая дернуться, возвращая обратно на место.

Его рост. Фигура. Это никаким нарядом не скрыть. То, как он передвигается, перемещается по комнате как дикий хищник. И главное – властность. В каждом движении, в малейшем жесте. Во взгляде.

Проклятье.

Его глаза.

- Ну ты и ублюдок! – сдергиваю маску.

Никита смеется. Гад. Сволочь. Какого черта? Что это за дурацкие ролевые игры с переодеваниями?

- Не думал, что ты умеешь ругаться, - хмыкает парень и снова хохочет, нависая надо мной, бесстыдно прижимаясь своим горячим и мускулистым телом к моему, вбивая в кушетку всем весом.

- Ты меня напугал! – выпаливаю гневно.

- Думала, врач-извращенец пожаловал? – спрашивает насмешливо. – Будет сейчас тебя насиловать? Чести лишать? Давай, признавайся, чего так сильно затряслась. Чуть не бросилась наутек."

"- Пусти, - отталкиваю его, точнее пытаюсь, потому как довольно трудно совладать с железными мускулами. – Пусти сейчас же! Ник, хватит! - Нет, - выдыхает он, практически касаясь моих губ, резко становится серьезным: – Я тебя поймал не для того, чтобы отпускать.

- Прекрати, - продолжаю отчаянно вырываться. – Сейчас вернется настоящий врач. Нас застанут в таком положении. Это просто… возмутительное поведение.

- Мне можно, - ухмыляется, прищурившись. – Я же мальчишка.

- Никита, - заявляю строго, жестко упираюсь ладонями в широкие плечи, с ужасом понимаю, что совсем не желаю отталкивать его, наоборот, так и тянет приласкать, провести пальцами по стальным мышцам, задыхаюсь от его напора и жара.

- Чего ты боишься? – кривая усмешка не сходит с красиво очерченных губ, а в зеленых глазах бесы отплясывают дьявольские танцы. – Что осудят за совращение малолетних? Или от самой себя страшно? От своих желаний? От того, что никогда раньше так сильно ни для кого не текла? Не горела?

- Откуда ты можешь знать…

Остаток фразы сгорает дотла в моем судорожном вскрике. Горячие мужские пальцы проскальзывают туда, где недавно проводился медицинский осмотр. Даже материал стерильных перчаток не спасает от огненных ощущений.

Проклятье. Губы кусаю. Выгибаюсь по воле низменного рефлекса. Я и правда мокрая. За секунду ему сдаюсь, даже стараться не нужно. В его присутствии сама себя не узнаю, в момент превращаюсь в голодную самку. Сдаюсь на волю сильнейшего.

Это безумие. Это неправильно.

- Никита! – хватаю его за запястье, лихорадочно пробую отстранить от своего тела, стараюсь не думать о том, что тело жаждет иного, желает гораздо более порочных прикосновений. – Она же придет. Доктор… Она отошла на пару минут.

- Она не придет, - припечатывает мрачно, окидывает долгим взглядом, отдергивает от меня руку. – Никто не придет.