Любимая игрушка Зверя

Мне нравится, как ощущается его имя во рту. Мягко. Очень. Гораздо мягче, нежели он сам. И уж точно мягче, чем его гигантский возбужденный член.

Замечаю выразительный бугор между мощными длинными ногами. Непроизвольно облизываю губы и сглатываю.

Зверь ухмыляется шире.

И сдергивает с меня свою куртку. Избавляет от остальной одежды и от обуви. Действует резко и жестко, отбирает шанс помешать ему, отстраниться. Безжалостно пресекает все попытки сопротивления. Обнажает желанную плоть, оголяет до самой сути.

Трудно дышать. Нереально. Воздух забивается в груди.

- Что ты творишь? – глупый вопрос, но других у меня нет.

- Готовлю, - хмыкает, припечатывает единственной фразой: - Я голоден.

Дрожь по жилам проносится. Внутри разливается изморозь, а после пламя сжигает дотла все сомнения. Вожделение. Ожидание. Предвкушение. Ничего больше. Никогда. С ним всегда так. Правила неизменны.

Ник надевает на меня колье. Застегивает ловко, мгновенно защелкивает, будто давно практикует подобное. Наряжает женщин в дорогущие украшения.

Теперь и дышать страшно. Драгоценность леденит чувствительную кожу. Холод сковывает шею, оплетает плечи и грудь.

Блеск камней ослепляет. Золото дразнит. Жжет, точно выжигает клеймо. Ожерелье выглядит, будто паутина: причудливое переплетение нитей, ажурное кружево. Оно покрывает мое тело искристой пеленой. Сияющее. Притягательное. Манящее.

Я не узнаю себя… в нем.

Кто это? Кто я?

Мысли гаснут. Разбиваются о грани сверкающих бриллиантов. Бесплотными осколками осыпаются вниз, оседают на грешной земле.

Где мы? В небесах. Адских. Жарких. В геенне огненной.

Ник продолжает свой ритуал. Словно воплощает фантазию в жизнь. Рисует по чистому полотну, создает лишь ему ведомую картину, приобщает меня к сокровенной тайне. Но не все складывается гладко.

Браслеты оказываются великоваты для запястий. Поэтому их защелкивают вокруг лодыжек. Практически все кольца спадают с моих пальцев. Тоже велики по размеру. Только одно подходит идеально. Серьги не надеть. Проколы в ушах заросли.

- Прости, - выдаю невольно.

Никита прикладывает палец к моим губам.

Тихо. Не мешай. Не разрушай магию.

Да? Не уверена, что верно распознаю ход его мыслей. Однако покорно сохраняю молчание, не отваживаюсь нарушать воцарившуюся тишину.

Зверь изучает драгоценности, которые остались без дела. Скалится, щурит глаза. Явно размышляет о чем-то. Потом начинает действовать. Собирает цепочку из оставшихся браслетов и колец. Застегивает вокруг моей талии. Серьги вешает впереди и сзади. По центру. И поскольку серьги довольно крупные и объемные, сотканные из тех же причудливых переплетений, что и ожерелье, попадают они в пикантные места.

Вздрагиваю от осознания. Сама себя исследую. Разглядываю.

Одна серьга попадает точно на низ живота.