Любимая пешка короля (СИ)

– Вчера встреча с герцогами прошла довольно успешно, – стал рассказывать Его Величество, неуловимо изобразив на лице недовольство от игнорирования его подношения. – Особенно после того, как ты «проговорилась» об изысканиях Лео.

Мужчины обменялись взглядами и смешками. Но не сочли нужным поделиться со мной своими мужскими секретами.

– Ждем сегодня к обеду открытие ярмарки, – продолжил Эльиньо. -  Начнем знакомство с ремесленными рядами, у тебя будет возможность посмотреть на мастеров в процессе работы.

Я кивнула. Понятно. Отборочные испытания. Это будет славный кастинг, Маугли.

– Сйчас мы с Леонарду будем заняты. Постарайся решить вопросы с примерками за это время. Потом ты будешь сопровождать нас и вряд ли освободишься до самой ночи, – поставил меня в известность король.

Я снова кивнула.

Вот я и дошла до того уровня значимости, при котором меня информируют о планах. Еще не советуются, но уже уважают мое время. Это стоит дорогого.

– Спасибо, я поняла, – подтвердила я жест вербально. – Есть какие-то пожелания к моему внешнему виду?

– Выходное платье. В королевской гамме, – добавил он, будто у меня где-то целый гардероб в цветах Куасталлы запрятан. – Ну и… – он покрутил рукой над головой, изображая «выхухоль».

– Нужно произвести неизгладимое впечатление, – перевел на нормальный язык Лео.

«Неизгладимое впечатление» – значит впечататься в память, оставив там пару вмятин. Как минимум.

Это понятно. Это значит, что никаких нынче салонов. По-быстрому примериться на бал, убедиться, что всё готово, и галопом в мягкие рученьки камеристки. Она-то сделает из меня человека. Такого, что я себя в зеркале не узнаю.

Реальность №2. День десятый. Суетной

Результаты трудов Микелы, помноженные на утренние старания короля, превзошли мои самые смелые ожидания. Его Величество тоже остались довольны, заглянув ко мне перед обедом. Эль обошел меня, припал губами к шее сзади и поцапал за грудь, выпадающую из корсета (я даже не представляла до этого момента, что у меня есть столько груди). Раньше за королем подобных шалостей не наблюдалось. Я расшифровала жест как: «…Ч-ч-чертовы дела!». Лео встретил меня приветственным свистом, соловей наш полнозубый. Будто не граф, Верховный маг, а шпанюк малолетний из соседнего двора, честное слово.

Потом мне пришлось  выдержать в малой обеденной зале пытку обедом. В смысле, я к тому времени проголодалась. Но старательная Микела ради неизгладимости эффекта затянула меня так, что мой пищеварительный канал усох, как Аральское море к 2050-му году. То есть смотреть я могла с энтузиазмом, а протолкнуть что-то внутрь – уже никак. А может, Микела была совсем не при чем. Просто я волновалась перед первым выходом в открытый мир.