Любимая пешка короля

Вот и ответ, почему Верховные маги не возражают против молодой смены. Потому что некому возражать.

- Но ведь это же жестоко… У тебя же не было выбора?

- Альёна, жизнь монарха важнее чьих-то неудобств. К тому же Верховный маг – это огромная власть и возможности. Ничто не дается бесплатно. И за всё в этой жизни мы получаем воздаяние.

- Значит, Эльиньо заслужил то, что получил, - развела я руками.

- И я впервые в жизни ему завидую, - Лео поднялся и тоже пошел в сторону выхода.

Реальность №2. День девятый. Признательный

Еще вчера я думала, что сильнее перегрузить мою нервную систему невозможно. Но нет. Как же я ошиблась! Шестеренки извилин судорожно дергались в поисках, за что бы зацепиться, но пробуксовывали.

Я покинула королевский кабинет. Его стены были немым напоминанием об услышанных откровениях. В свою не свою комнату не хотелось. Я сомневалась, что встречу там кого-то из своих товарищей по спальне, но рисковать не хотела. Карма – как ружье с обратной отдачей: чем дальше летит пуля, тем сильнее бьет в плечо. Вчера я услышала, что не  хотела. Нечаянно. Сегодня Эль услышал. Тоже не специально.

Ноги сами собой вынесли меня в сад, по дорожке, вглубь, дальше, дальше, пока я не оказалась в той отгородочке (или такой же отгородочке), как и вчера. Или не вчера? Когда мы здесь (или не здесь, но в очень похожем месте) столкнулись с Лео? Позавчера? Да, наверное. Но каждый день в моем личном календаре шел за месяц, поэтому немудрено, если я что-то путаю.

Я села на скамеечку и стянула с ног туфельки. Все-таки колодка до Лабутенов не дотягивает. Уперлась ладонями на скамейку сзади, откинулась, вытянула ноги, пошевелила пальцами. Свобода!

Какое сладкое слово.

Как часто мы к ней рвемся.

И как нередко о ней жалеем.

И подняла лицо теплому летнему солнцу.

Наверное, потому не сразу заметила, что мое уединение было нарушено.

Его Величество тоже не ожидал здесь кого-то увидеть. Судя по мелькнувшей на лице реакции.

Я села и стала нащупывать ногами обувь.

- Извините, Ваше Величество, - я попыталась встать, частично попав в носки туфель и безжалостно сминая задники. – Я сейчас уйду.

- Сиди, - отреагировал он. И неожиданно добавил: - Посиди со мной. Пожалуйста.

Ой.

Ой-ой.

- Да, конечно, - я натянула подол вперед, чтобы не позориться босыми пальцами.

Но, похоже, Эльиньо эта часть реальности не волновала.

Он отломал цветущую ветку, поднес к лицу, поводил над ней носом, а потом протянул мне.

- Надеюсь, этот жест не несет в себе никакого ритуального смысла? – осторожно спросила я.

Паранойя – болезнь заразная.

- Я настолько тебе противен, что ты боишься оказаться связанной со мной ритуалом? – усмехнулся Эль, и его обычно высокомерно-красивое лицо исказилось росчерком усмешки.