Любимая девочка Севера

Только собираюсь сделать это на большом перерыве, как Платон снова оказывается рядом. В его руках два бумажных стаканчика кофе без кофеина из нашей столовой. Протягивает один мне.

– Я упрямый, – обаятельно улыбается он. – И мне все же хочется, чтобы ты лучше узнала меня вне стен лицея. Готов осваивать питбайки под руководством старшего брата. Или можем сходить в клуб. Наши сегодня вечером собираются. Присоединишься?

– Нет.

– Эль, я буду просто сопровождать. Потанцуем, послушаем классную музыку, пообщаемся. С одноклассниками познакомишься ближе в неформальной обстановке. Или покатаемся. Я могу уговорить Гордея, чтобы дал нам возможность просто погонять, когда все свалят с трека… Что с лицом? – он резко переводит тему и подходит близко. Слишком близко. Не успеваю среагировать, начинаю заваливаться назад с брусьев. – Держу, – одним рывком Калужский возвращает меня в прежнее положение. Убирает с лица волосы, которыми я прикрываюсь с утра. Прикасается пальцами к скуле. Отталкиваю его руку, отворачиваюсь и хочу слезть, но он не отпускает, намертво прижав меня собой.

– Я сейчас закричу, – предупреждаю его.

– Кто тебя так? – он словно меня не слышит.

– Это не твое дело, Платон, – толкаю его ладонями в грудь, но он, как каменный, не двигается с места. – Пусти, я сказала! – повышаю голос, на нас начинают оглядываться. Со скамейки под деревьями с довольной улыбкой сидит Даша, наблюдая за нами.

– Север?

– Ты дурак? Нет конечно! – стараюсь не ерзать, чтобы не соприкасаться с ним. Рукой смахиваю оба стаканчика с кофе с брусьев на траву.

– Отчим? Кто ударил тебя, Эля?

– Да твою же… – ругаюсь. Нахваталась от Артема! – Мать. Это мать зарядила мне пощечину. Доволен? А теперь дай мне слезть отсюда. Достал! И я не пойду с тобой никуда. И даже на байках мы больше кататься не будем. Я с Артемом, – произношу это вслух. Отсюда вижу, как у Даши приоткрывается рот.

– И насколько близко ты с Севером? – Платон все еще не торопится меня отпускать.

– Это тоже тебя не касается.

– Да я по глазам вижу, что у вас ничего не было. А пока он не заявил на тебя свои права, у меня остается шанс, – расслабленно улыбается и отходит, позволяя мне спрыгнуть с низкого бруса.

Ухожу в столовую, беру из холодильника маленькую бутылку воды. Телефон во внешнем кармане рюкзака сигналит о том, что пришло сообщение.

«ЭТО ЧТО?!» – от Артема.

И ниже пересланная фотография, где Платон, прижимая меня к брусьям, убирает с лица волосы. По ракурсу сразу понятно, кто снимал. Следом за сообщением телефон начинает звонить.

– Я не понял, – раздается в трубке, – какого черта он тебя лапает?!

– Не кричи. Синяк увидел, задавал вопросы.

– Прижимаясь к тебе?!

– Тёма! – осаживаю.