Любимая адептка Его Величества. Книга 3

Когда сели, секретарь принёс поднос с напитками и закусками, а Георг лично разлил по бокалам и чашкам кто что заказывал.

Потом наступило этакое тягостное молчание.

После нескольких минут тишины Георг не выдержал и подтолкнул:

– Ну и?

Никто не ответил.

– Хватит, – мягко сказал сюзерен. – Леди, ваши тайны давно не тайны.

Какое интересно заявление.

Никто опять-таки не среагировал, и тогда Георг повернулся к маме:

– Леди Марианна, ну ладно они, – кивок на нас с Филинией. – Но у вас-то с совестью всё в порядке? У вас-то она есть?

Его величество Крэйв неожиданно хмыкнул, а мама посмотрела на биормца негодующе. Георг же закатил глаза и пробормотал:

– Ясно. Значит, это у них семейное.

Георг отпил из бокала и, окинув всех тяжёлым взглядом, произнёс:

– Хорошо, я вам помогу. Это, – он указал на Филинию, – герцогиня Сонтор, урождённая Вейз. Родная сестра покойной леди Альбрины и двоюродная бабушка Маргариты. Это, – перст, указующий в мою сторону, – леди Маргарита, внучка Альбрины. Ну а вы, – широкая улыбка, подаренная моей маме, – дочь Альбрины, мать Маргариты и, соответственно, племянница Филинии Сонтор-Вейз. Вы с Маргаритой обе родились в другом мире, каким-то образом перешли к нам, однако встретить тут друг друга не ожидали…

Георг замолчал, а я поразилась его осведомлённости. Ну надо же. Откуда такие точные выводы? А король-то молодец!

Шумный вдох – но не мой, а мамин. Она покосилась на подозрительно довольного Крэйва, и тот чуть заметно кивнул.

– Ладно, – сказала Марианна. – Вы правы, ваше величество.

Я аж подпрыгнула в кресле. Эти слова были подобны спущенной тетиве, и теперь я тоже могла задать вопрос:

– Как ты здесь очутилась?

– Я портальщица, – ответила мамуля. – Когда мне исполнилось двадцать, Альбина передала мне семя дара.

После этих слов пазл начал складываться с такой скоростью, что закружилась голова.

Дар! Семечко! Ну, конечно!

– Но как ты сумела его развить и стать портальщицей? Причём не простой, а с узкой специализацией?

– Твоя бабушка выдала инструкции и, насколько могла, курировала моё «магическое взросление».

Голова закружилась сильней.

Я ещё помнила, как Георг хотел сделать из меня то ли Тень, то ли Изменяющую. Он говорил, что на специализацию всё же можно повлиять. Теоретически это возможно. Практически, как теперь вижу, тоже."

"– Но как же барьер миров? – выдохнула я. – Как же отсутствие магии в нашем мире?

– В плане магии наш мир не так уж однороден, – печально улыбнулась мама. – Есть места, где структуры, подобные здешней магии, всё же откликаются. Только мне потребовалось девятнадцать лет на то, чтобы взрастить и активировать семя. Девятнадцать лет и, наверное, тысяча попыток отыскать место, где возможна такая активация. Но это долгий разговор.