Измена. Ты меня никогда не любил (СИ)

И как теперь сбежать от него?

А сбежать очень уж хочется! В том смысле, что это все, конечно, здорово, но физиологию никто не отменял. Мое тело вопит о том, что мне срочно нужно в туалет, да и в душ неплохо было бы заглянуть.

Сантиметр за сантиметром выползаю из объятий, бросая взгляд на Ромку. Низ живота моментально скручивает желание. Интересно, это из-за беременности или я всегда такой была? Раньше наш секс был не особо жарким, поэтому и желание у меня возникало нечасто.

А сейчас мне хочется Рому буквально круглосуточно. Медовый месяц какой-то получается.

Поднимаю с пола халат и кутаюсь в него.

Вчера я пришла к Роме сама. Потому что хотела. И хотела я конкретно его. Мне нужен был он один, душа и тело — все рвалось к нему. Я решила пойти на поводу у чувств и не пожалела.

Тело теперь такое живое-живое, остро чувствующее. Кожа горит, мышцы приятно ноют. Даже утренняя тошнота отступила.

Разворачиваюсь, собираясь сбежать, но Волков перехватывает меня за руку:

— Стоять! — грозно.

Глаза сонные, быстро моргает, пытаясь навести фокус.

— Сбежать надумала? — хмурится.

Возвращаюсь в кровать, сажусь рядом и целую его:

— Мне надо в туалет и душ.

Рома обнимает меня и ныряет лицом в грудь, стонет. А я не могу сдержать смех.

— Давай так: ты иди, а я с меня завтрак в постель?

— Принесешь мне чай? — закусываю губу.

— М-м-м, чай, и не только, — играет бровями, а я убегаю.

Торчу в ванной дольше обычного, привожу себя в порядок. Надеваю мягкие домашние брючки и топ на бретельках. Да, я хочу подразнить Волкова. Имею право!"

"Сушу волосы, подкрашиваю ресницы. Румяна не трогаю — щеки и так алым налиты. Возвращаюсь в комнату. Волков уже лежит поперек кровати и разговаривает по телефону.

Его глаза расширяются при виде топа, который обтянул грудь. Белья под ним нет, поэтому соски моментально реагируют и выделяются. Волков шумно сглатывает и протягивает мне руку:

— Отправь его к логистам! — командует в трубку.

Ух, злой какой.

Усаживает меня напротив себя и протягивает чай. Тяну носом запах. Но чувствую только аромат тела Ромы. Он принял душ, но я все равно улавливаю запах, который свойственен только ему.

— Тогда расшевели логистов! — ругается. — Что ты мне звонишь ни свет ни заря? Я даже пожрать не успел.

Берет с тарелки бутерброд с красной рыбкой и свежим огурцом. Я пытаюсь забрать его, но Рома не дает. Приходится кусать.

Облизываюсь. Он сглатывает.

— Насрать, что выходные! У нас тачки ездят и в выходные, и праздники!

Скармливает мне бутерброд. Смотрит жадно.

Потом берет свежую клубнику и макает ее в сливки. Черт, и почему это так пошло? Между ног сводит желанием, но я продолжаю сидеть в позе лотоса и есть все, что дает мне Рома.

Съедаю клубнику и перехватываю за запястье его руку, подношу к губам, облизываю пальцы.