Люби меня вечно

Оказывается, он уже несколько лет уговаривал Нессу стать его женой. Кимберли беспокоило, что Нессу насильно выдают за него замуж, но, после того как она несколько минут поговорила с Гэвином, ее тревога улеглась.

Лахлан, весь вечер от нее не отходивший, пошел примирить двух вспыльчивых братьев, ссора между которыми грозила вот-вот перейти в потасовку. Он как раз разговаривал с Гэвином, так что его внезапный уход оставил Кимберли наедине со счастливым женихом, и она утолила свое любопытство.

Гэвин, как она выяснила, принадлежал замку на другой стороне озера — вернее сказать, замок принадлежал ему. Он там родился чуть больше тридцати лет назад и всегда был соседом Макгрегоров, но, будучи старше Лахлана и Нессы, в детстве с ними не дружил. Он одним из первых заметил, как Несса выросла, превратившись в хрупкую красавицу. Она по-прежнему оставалась сорванцом, не интересовалась мужчинами, но Гэвин с той поры начал за ней ухаживать — правда, без всякого результата.

Услышав его рассказ, Кимберли спросила:

— А вас не смущает, что вы женитесь на женщине, которая… э-э…

— Меня презирает? — охотно подсказал он. — Это не так. Она всегда твердит об этом, и прежде я ей верил, но теперь-то понял, что к чему. Она всегда обращается ко мне за помощью, всегда жалуется, когда происходит что-то плохое. Поверяет мне свои мечты, говорит о своих желаниях. Я измучился слушать, как она любит Макгрегора, пока не понял, что это просто привычка, которая осталась с детства.

Гэвин Керн показался Кимберли прекрасным человеком — слишком хорошим для мстительной Нессы. У него были темно-русые волосы, добрые карие глаза, приятные черты лица; ростом он был не выше Кимберли. В отличие от Лахлана в нем не было ничего необычного, но он казался надежным и дружелюбным.

— Привычка далеко ее завела, — заметила Кимберли. — Она даже пришла к вам…

Она не закончила фразу, смутившись поворотом разговора.

Но Гэвин понял ее и ответил:

— Я же сказал: когда ей нужна помощь, она всегда приходит ко мне. И сейчас она могла бы просто попросить денег, и я бы их дал. Она это знала. Но она гордая и понимала, что никогда не сможет их вернуть, так что она предложила себя. Мне следовало бы отказаться, но… — тут он покраснел, — ..я слишком давно ее хотел. И я надеялся, молил небо, что когда Макгрегор узнает, то случится именно это.

— Что он заставит ее выйти за вас замуж?

— Да, — подтвердил он и улыбнулся. — Не сомневаюсь, она тоже знала, как он отреагирует на это. Видите ли, она уже столько раз мне отказывала. Теперь гордость не позволяла ей принять мое предложение.

Кимберли изумилась:

— Вы хотите сказать, что она передумала и захотела выйти за вас замуж, но не могла заставить себя в этом признаться?

Он кивнул."

"— Я ведь… провел с ней ночь.