Люби меня полностью

Ничего, что я гружу тебя своими проблемами?

— Твои проблемы — мои проблемы.

Теперь я не стал добавлять, что сам помогу разрулить. Меня несло в то русло, где эти проблемы для кореша создавал я.

— Тогда поехали, посидим? Я хренею с этих баб. Марина уже неделю сама не своя…

— Марина или Полина?

— Ой, Сань. Обе! Это трындец какой-то.

За ужином я слушал про психующую жену, которая готова полдома перевезти к матери, которой всё нужно.

— Нахрена? Ну нахрена ей бензопила, спрашиваю? У матери дом на газу отапливаемый. Уже года три как провели. Бензопила. Не лобзик, а бензопила! И угадай?

— Не знаю… Логично, чтобы пилить.

У самого пила в голове вертелась только для использования в одной действенной игре по запугиванию.

— Хрен! Сад подпиливать. Сад. Подпиливать.

Я кивнул, но не понял.

— Я не садовод, Кость.

— Походу бабы тоже не садоводы.

Марина глобально подошла к поездке матери. Так глобально, что вымоталась сама и издергала всех.

— А Полина чего? — мне хотелось вернуть друга к той теме, из-за которой я пожертвовал вечером.

Ну как пожертвовал, каждый мой вечер протекал на удивление однообразно. И одиноко. Но слушая приключения Кости, я не завидовал.

— Замкнулась она. Как бешеная кошка фырчит на всех. Нормально на вопросы не отвечает. Огрызается. Вот раньше, скрутил бы и…

— И? Ты порол её? В детстве?

— Не то чтобы порол, так, попадет под горячую руку — шлёпну. Но сейчас выпорол бы козу!

Я усмехнулся, опуская лицо, чтобы друг не поймал меня на смехе. Знал бы Костя, что козявка нарывается на порку — не сдерживался бы.

— Переходный возраст? — подкинул я идею.

— Да он у нее с двенадцати лет. Перебесилась уже. Это скорее желание выбить себе независимость. Но куда? Студентка без заработка, без квартиры… Без башки, нахер!

Тут я был согласен.

— Кость, не отстраняйся от нее, от ее проблем. Понимаю, бесит её самоуправство, но если сейчас упустить момент, кто знает, куда Полину мотнёт?

— Да куда её может мотнуть? На танцульки в клубы?

— Наркотики, криминал, проституция, — я подумал, потому что на языке вертелась Тема, но ставить в ряд с общественно порицаемыми темами казалось неправильным. — Секта.

Это было более щадящее определение истинным увлечениям Полины.

— Ну какая секта? Что ты, — друг поморщился. — Хотя… Ведь могут промыть мозги дурёхе.

Потом подумал и отмахнулся:

— Не пугай. На кой она секте? Они квартиры, деньги отжимают. А она босячка, на родительском содержании. Какая к черту секта…

— Секс-секты отжимают не квартиры. Они практикуют оргии…

— Замолчи! Чёрт… Я каждый раз забываю, что ей уже восемнадцать, и она может попасть под влияние… Су-ука.

Мы расплатились за ужин, оставив по тысяче на столике, и вышли покурить на улицу, в отведенное место под курение.

— Но как?..