Лягушачий король

Стечение обстоятельств!.. Проклятые таможенники!.. Все было против него, бедного сироты.

– Надо бы выяснить, что у нас с семьей Голованова, – вслух подумал он. – Сирота не он, а Богун. А у этого козла и мама с папой наверняка где-то есть.

– Может, от них и деньги? – предположил Макар. Бабкин чувствовал по паузам, что тот напряженно что-то обдумывает. – Серега, тебе не кажется странным, что такой ухарь вцепился в старшую дочку Харламовых?

– Кажется, – сказал Бабкин, обогнав «девятку» с желтым восклицательным знаком на заднем стекле. Успел бросить короткий взгляд на водителя: мужичок лет сорока, сжавший руль, как спасательный круг. Глаза выпучены, рот приоткрыт.

Что, если Варвара – спасательный круг?"

"– Может, зря мы ищем, на чем основан его расчет? А на самом деле все просто: встретил парень красну девицу. Полюбил, решил жениться и не возвращаться к прежним делам… – Илюшин в своих рассуждениях продвигался тем же путем, что и Бабкин.

Сергей почесал переносицу.

– Я, знаешь, не психолог, чтобы разбираться в тонких движениях души этого козла. Полюбил, не полюбил… Если судить по прошлому воскресенью, он едва терпит свою невесту.

– Один день еще ни о чем не говорит.

– Согласен. Ладно, надо уж докрутить до конца, раз я в это ввязался. Вернусь в Казань, сдам машину – и первым рейсом вылетаю в Москву. Хочу порыться в биографии Голованова. Ты как на это смотришь? Или нужно все бросать и заниматься твоим делом?

– Бросать не нужно, – сказал Макар. – Хотя мне вскоре понадобится твоя помощь. А биографию Голованова мы будем восстанавливать с тобой вместе.

– Это почему? – удивленно спросил Сергей.

И когда Макар ответил, почему, едва не съехал с трассы.

Глава 16

Песни ангелов Московской области

Илюшин снова оказался неподалеку от театра Олейникова. Кафе было переполнено. Юноши и девушки, яркие, как рыбки гуппи, сновали за стеклом.

Он присел на парапет, высматривая среди них Егора.

Листья срывались с высокого желтого клена. Илюшин следил за их прерывистым полетом, напоминавшим пеший спуск по невидимым ступенькам: раз, два, три. Листья шли вниз один за другим, и на тротуаре складывалась из них дорожка, по которой можно было взойти на золотую вершину клена, если прищурить глаза.

Этим он и развлекался: щурился, складывая лестницу из кленовых листьев.

Его похлопали по плечу.

– Привет! – Егор держал два бумажных стаканчика с кофе. – Взял тебе. Раз уж ты меня достаешь по полной программе, пей эту дрянь вместе со мной.

– Спасибо!

Олейников присел рядом.

– У меня пятиминутный перерыв. Ни минутой больше, предупреждаю честно.

Макар отпил кофе и спросил:

– Почему ты не рассказал нормально про Ивана Ельчукова?

Егор помолчал.

– Надеялся, что это нелепое происшествие давно похоронено, – буркнул он наконец.