Лизавета, или Мери Поппинс для олигарха

 — Эти напоминания, расставлены по всему дому и бросаются в глаза.

Еще бы не бросались!

В доме, по-моему, не осталось ни одной комнаты, где бы не стояла хоть одна лесная красавица. Большие и маленькие, средние и огромные, живые и искусственные, белые и зеленые, с гирляндами и без — мы с девчонками расстарались на славу!

А что поделать? Не стоило нашим мужчинам неосторожно предлагать не ставить елку вообще, мол, кому это сейчас надо? Полонский-самый-старший вообще заявил, что ему достаточно и трех веток под порогом…

Нужно ли говорить, что самая аляпистая елка, созданная руками всех нас троих, воцарила именно в его кабинете?

— Сам виноват, — улыбнулась я, чувствуя, как меня ласково укачивают в руках, заставляя чувствовать себя спокойно и умиротворенно. Заставляя чувствовать себя… дома. Конечно, на языке вертелся вопрос, недавно обговоренный с Араньевым, но я решила не форсировать события. Зачем? Он сам расскажет, у мужа от меня нет секретов. — Или мне напомнить?

— Молчу, — мягко усмехнулся Кирилл, не испытывая, как всегда, ни малейшего угрызения совести. Как выяснилось путем долгого совместного проживания — этого человека чем-то смутить в принципе нельзя! — Тебе помочь переодеться?

— Ну уж нет, — тут же отказалась я, напоследок целуя его в подбородок и пытаясь выпутаться из кольца сильных рук. — Это мы уже проходили. Потом опять придется платье гладить и искать хоть одну пару целых чулок… Ну, Кирилл, я серьезно!

В общем, отпустили меня не скоро. От немедленной выплаты супружеского долга (я вовсе от него не отказывалась! Просто хотела немного перенести) меня спас Никита, как раз выходивший из их с Кристиной комнаты. Усмехающийся парень просто напомнил, что если из-за нас в ближайшее время старший Полонский и его невестка не поедят, то главным праздничным блюдом станем уже мы. Перспектива убегать от Чудища, пытающегося затолкать в нас пару яблок была так себе, и меня, слава богу, отпустили.

Правда, времени привести себя в порядок почти не осталось!

К проводам Старого Года я почти бежала. Засовывать меня в духовку, конечно же, никто не собирался, хотя покусать пообещали, после чего торжественная загрузка всего семейства за стол состоялась. Мы даже первый тост толком произнести не успели — все жадно накинулись на еду.

— Я голодная аки схуднувший на фиточае мамонт, — потирая руки, урчала Аня, пока ее муж, посмеиваясь, наполнял ей тарелку салатами. Он не мелочился, и вскоре перед рыжей стояла прямо пирамида Хеопса из самых разнообразных закусок. — Наконец-то еда! Как говорила моя любимая Маша из мультика: «Сейчас меня покормят, сейчас я буду кушать!». И я… буду. Извините, я сейчас!

И, побледнев, дала деру из-за стола!

— Что это с ней? — в воцарившейся, удивленной тишине, негромко спросила Кристина.