Ангел для Лютого

— Мы подписали договор, — произнесла не своим голосом, его заявление шокировало, — вы не посмеете нарушить его!

— Даже если и нарушу, чего мне боятся? Штрафных-то санкций мне за это не грозит. А вот ты, если нарушишь… — Я прикрыла глаза, понимая: если он захочет воплотить угрозу в жизнь, я ничего не смогу сделать. И только собиралась впадать в отчаянье, послышался негромкий голос пижона: — Но ты меня можешь уговорить придерживаться условий договора.

Уговорить? Да он точно издевается!

— Егор Александрович, вынуждена вас разочаровать, но ваши игры меня не заводят. Выберете другую партнёршу для своих брачных игрищ.

— Вот как? — приподняв одну бровь, удивлённо спрашивает. Молчу. — Хорошо. — Не успела я удивиться, как Лютов резко вышел из меня и равнодушным тоном очередной раз ошарашил: — Проверку прошла, можешь быть свободна.

С одной стороны, я была рада услышать, что свободна, если бы не одно «но». Его пренебрежительное отношение отдало в сердце болью. Но я виду не подала, молча встала и направилась к выходу, пока вопрос Лютого меня не остановил:

— Ты в состоянии сама о себе позаботится?

Я, не оборачиваясь, холодно отвечаю:

— Да. — И, открыв дверь, выхожу из его комнаты.

Вернулась к себе и кинулась в душ, хотела смыть с себя прикосновения мужчины, казалось, что он меня словно грязью измазал. Я никогда себя так омерзительно не чувствовала. Но это не помогло, ощущение его рук и губ никуда не делись. Он словно клеймил меня! Села на кровать и закрыла руками лицо, хотелось плакать, но слёз не было, зато душа обливалась ими. Но мне было гадко на душе не только из-за поведения Лютова. Я в шоке была от своей реакции на его действия, это не он меня измарал, а я сама себя. Как я могла получать удовольствие от его прикосновений и поцелуев? Отговорка, что это был гипноз — ложь! Ведь я не сразу была словно в дурмане. Да и был ли этот гипноз? Может, я себя обманываю, чтобы хоть как-то оправдать слабость?

— Хватит! — чуть слышно шикнула на себя, останавливая зарождавшую истерику.

Не дело предаваться унынию и заниматься самоедством. В первом случае: случилось то, чего я упорно добивалась. Да, неприятно, когда к тебе относятся, как к использованной салфетке. Но и тут есть огромный плюс — я не смогу полюбить мужчину, который позволяет себе унижать жену. А насчёт своей реакции — и с этим справлюсь, буду напоминать себе всегда его: «Проверку прошла, можешь быть свободна».

 Немного успокоившись, достала из привезённой коробки пяльцы с недоделанной вышивкой, включила свет и сев, на кровати, поморщившись от дискомфорта внизу, принялась за работу. Я всегда так себя успокаивала, это помогает отвлечься. Пусть на время, но мне сейчас и этого достаточно. Хотя… в душе я жаждала сбежать из этого дома, чтобы побыть хоть немного одной.