Темные не признаются в любви

Хотя, наверное, каждый старается скрывать свои способности по возможности дольше?

— Капитан Кимстар, пока я буду отсутствовать, по всем вопросам обращайтесь к лейтенанту Арно. — С этими словами Джаред повел меня прочь.

Шли к магмобилю так, чтобы от полицейских мое лицо скрывал не только капюшон, но и мощная фигура оборотня. И никто не возразил, никто не возмутился, что свидетельницу уводят прочь. Хорошо быть давелийским полковником!

И, кажется, я поняла, почему Джареду пришлось уйти из армии. Его перевели в особый отдел полиции Латории, укомплектованный одними давелийцами, который занимался повстанцами и всем, что подрывало авторитет империи. Брат жаловался, что темные во все вмешивались, путались под ногами, мешая расследованиям…

Догадка убила зачатки симпатии к оборотню. Нет, как и решила раньше, надо держаться от него подальше…

— Элли… Элея, ты сильно испугалась? — Тот, о ком я думала, успокаивающе положил руку мне на плечо.

Вздрогнув, я легким движением скинула ее.

— А вы как думаете? На нас напали повстанцы!

— Со мной ты в безопасности, Элея.

С трудом удержала презрительное хмыканье. С ним — да, а без него?

— А если их было больше и кто-то ушел, запомнив меня?

После первого отбора невест случилось страшное: «Покров Латории» напал на девушек, участвовавших в конкурсе. Пока темные, не ожидавшие вопиющей жестокости, опомнились, повстанцы наказали за «продажность врагу» шесть претенденток. Тот отбор в народе прозвали Кровавым. И во втором участвовали принудительно лишь аристократки, на которых указал жребий.

— Никого не было, только те двое.

Застегнув мои страховочные ремни, Джаред задумчиво обронил:

— Хорошо, вышибем твой страх страхом.

Он промолчал и потянул руль на себя.

Внутри у меня все перевернулось — магмобиль поднялся в воздух.

Джаред галантно открыл дверь, выпуская меня из магмобиля. Мои ноги чуть дрожали, когда ступила на брусчатку у ограды студгородка.

Но я осталась довольна! Полет — это нечто захватывающее и прекрасное, только кратковременное.

— Тебе понравилось летать, Элея?

— Значит, в семь вечера я за тобой заеду, полетаем еще.

— Что?! Я не согласна!

Оборотень нырнул обратно в магмобиль за коробкой с пирожными, которую я забыла. Вручив ее мне, довольно возразил:

— Ты уже согласилась, Элея. Некрасиво отказываться!

Серебристо-лазурная капля растаяла в небе, унося невозможно наглого мужчину, а я осталась стоять, тщетно пытаясь понять, как ему удалось вытянуть из меня обещание. Как? Как и когда я согласилась? Фактически на свидание с темным? Не помню…

Огорчение в мгновение ока сменилось злостью, когда подошла к вратам. Стучать в них магическим кнокером, который вызывал охрану, я не стала, решив обождать и рассмотреть дерзкую выходку давелийцев.